По названию  |  По актёрам  |  По режиссёрам

Главная
+14
Фильмы

Раздачи

18 и Старше
+5
КиНовости

КиноАнонс
Форум

ФильмЭлита Форум » Отдохни » Искусство


 Под аплодисменты, Поговорить с интересным человеком всегда приятно
 
kuki
7 июля 2011 22:23
Сообщение #91

Группа: КиноЗвезда
Ответов: 6368
Регистр.: 10.09.2009
ICQ: --

Ровно пять лет назад ушел из жизни известный актер Андрей Краско



Лучшие годы Андрея Краско пришлись на пору театрального и кинематографического безвременья. Кто-то из актеров его поколения, обидевшись на весь белый свет, порвал с профессией, а вот Андрей, истосковавшись по работе за 10 лет простоя, начал сниматься взахлеб, не отказываясь ни от какой роли. Фильмы с его участием выходили один за другим: «Блокпост», «Агент национальной безопасности», «Убойная сила», «Улицы разбитых фонарей», «72 метра», «9 рота», «Питер FM», «Брежнев», «Есенин», «Турецкий гамбит»... В общей сложности более 80 картин. Нагрузка была огромной, а отдыхать Краско то ли не умел, то ли не хотел. Он как будто чувствовал, что ему отпущено не так уж много, и торопился за свою недолгую жизнь сделать как можно больше.

В 2006 году артист получил предложение сыграть Фиму в сериале «Ликвидация». В то лето жара в Одессе стояла такая, что на мелководье заживо варилась рыба. Неудивительно, что на съемочной площадке Андрею несколько раз становилось плохо, приходилось даже вызывать «скорую». Поэтому, как только в графике Краско выдалось несколько свободных дней, режиссер Сергей Урсуляк отпустил его на дачу — искупаться в море, отдохнуть. Возможно, случись у Андрея сердечный приступ не за городом, а в Одессе, его успели бы спасти.

4 июля на кладбище в Комарово, где покоится прах Анны Ахматовой, Александра Володина и Сергея Курехина, собрались родные и друзья артиста, пришел известный петербургский актер Иван Краско, по жестокой прихоти судьбы переживший сына.



Людмила ГРАБЕНКО

— Иван Иванович, что же все-таки случилось пять лет назад на съемках «Ликвидации»?

— Совпало сразу несколько факторов — невыносимая жара, накопившаяся усталость и необходимость появиться в кадре во что бы то ни стало, в любом состоянии. Вот сердце у Андрея и не выдержало. Он ведь в последнее время очень много снимался. За долгие годы бездействия так устал от невостребованности и нищеты, что хватался за любую работу. Самое обидное, что он успел сыграть в «Ликвидации» лишь ряд эпизодов.

— Вы их видели?

— Честно говоря, я боюсь их смотреть. Знаю только, что Андрей ехал в Одессу с надеждой, ожиданием и радостью. Он говорил: «Папа, будет что-то интересное!». Думаю, его привлекала работа с таким режиссером, как Сергей Урсуляк, и партнеры, с которыми предстояло играть, — Володя Машков, Миша Пореченков.


Иван и Андрей Краско.

— Активно сниматься в кино ваш сын начал ближе к 40 годам. Как вы думаете, почему?

— Так ведь время было такое в 90-х — наше общество пребывало в болезненном состоянии, творческая синусоида совсем пошла вниз, а кино и вовсе разорили — несколько лет его просто не существовало.

Каждый тогда выживал как мог. Но мне очень нравилось в Андрее то, что он в отличие от других за 10 лет бездействия совершенно не озлобился — это признак сильной натуры. Наблюдал за людьми, за жизнью, что потом и сказалось: когда его, наконец, начали снимать, он брал роль и легко делал ее так, что все только диву давались.

— Первый же фильм Андрея Краско — «Агент национальной безопасности» — сделал его знаменитым. Вам понравилась эта работа?

— Пока «Агентом» занимался его первый режиссер, Митя Светозаров, все шло хорошо. Картина была сделана с тонкой иронией, которая, на мой взгляд, высшее проявление интеллекта, и в этой общей иронии особенно выделялись Андрей и Вадим Яковлев. Они работали на такой грани стеба, что я им всегда говорил: «Ребята, это высший пилотаж в клоунаде!».



Для себя же особенно выделяю другие работы сына — в фильме Александра Рогожкина «Операция «С Новым годом!» и «72 метра» Володи Хотиненко, которая нравится мне больше других.

Андрей не сыграл, а прожил эту роль, как будто сам когда-то был моряком. Я ведь в молодости служил во флоте, был командиром десантного корабля, так мои друзья-адмиралы, посмотрев фильм, сказали: «Это чутье ему через тебя передалось!».


С Михаилом Пореченковым на съемках

— В последние годы жизни у вашего сына выходило по 10-15 картин ежегодно. Не все роли были главными, но ни одна не оставалась незамеченной...

— Не стоит преувеличивать заслуг Андрея — просто слава бежала уже впереди него. С этим феноменом я столкнулся, когда работал в одном театре со Смоктуновским. Стоило ему сыграть Мышкина в «Идиоте», как в кассу начали выстраиваться ночные очереди, а едва Иннокентий выходил на сцену, зрительный зал заходился в едином вздохе: «Ах!». А еще сын в чем-то повторил судьбу Паши Луспекаева, чья ранняя смерть, совпавшая с выходом на экраны «Белого солнца пустыни», способствовала тому, что картина стала ему своеобразным памятником. Преждевременный и трагический уход из жизни обостряет интерес к личности человека, которого мы потеряли.

— Чего, на ваш взгляд, не успел сделать ваш сын?

— Думаю, проживи Андрей дольше, мы бы обязательно насладились его замечательными режиссерскими работами. Впервые он стал заниматься режиссурой, когда работал в томском театре.


В армии.

Успел поставить спектакль, правда, пьесу выбрал не самую удачную, на потребу публике — под названием «Мужчина на час». Я его за это ругал: «Ты что, Андрей, с ума сошел — у тебя же такой мощный потенциал, а ты размениваешься на ерунду!». Но ему просто пришлось заменить режиссера, от услуг которого театр по каким-то причинам отказался. Сами актеры — Валя Смирнитский, Володя Долинский — сказали: «Пусть Андрюха делает, он разбирается лучше любого режиссера!». И сын согласился. Во-первых, надо было выручить товарищей, во-вторых, ему нужны были деньги. Но сам материал от этого, конечно же, лучше не стал.

— Очень много женщин называют себя женами Андрея Краско. Он жил по принципу: влюбился — женись?

— (Смеется). Вот только Андрей не всегда отношения со своими зазнобами официально оформлял. Одно время пользовался тем, что в свое время заключил брак с польской гражданкой. Встречаясь с очередной дамочкой, говорил: «Я бы и рад на тебе жениться, да только с иностранкой очень трудно развестись!». Хитрый!

Когда я его отчитывал за легкомыслие, он каждый раз уверял: «Па, на этот раз у меня все всерьез!», а потом переходил в наступление: «А сам-то ты сколько раз женился?». У меня действительно сейчас третий брак, но каждый раз отношения с женщиной для меня целая эпоха, с мамой Андрюши мы вообще прожили вместе 40 лет.


Последней гражданской женой Андрея Краско была Светлана Кузнецова

— Вы поддерживаете отношения с женщинами Андрея?

— Конечно! И с Машенькой Тхоржевской, это очень интеллигентная женщина, актриса, сейчас живет в Германии, у нее от Андрея есть сын Кирилл. И с Каролиной, которая родила ему дочь Алису. И с той самой польской гражданкой Мириам Александрович (мы ее зовем Мишкой), от которой у Андрюши сын Иван, по-польски — Ян. Когда я бываю в Польше, мы обязательно встречаемся. Ну, и, конечно, с самой первой его женой актрисой Театра Европы Льва Додина Наташей Акимовой — сейчас она замужем за Игорем Скляром. Они с Андреем вместе учились в театральном, потом работали в Томском ТЮЗе. Мы с ней вообще, как родные.


Ян, Иван и Андрей Краско

— Когда вы видели сына в последний раз?

— Да буквально за несколько дней до его смерти. Мы с моей женой Натальей были на Московском кинофестивале, и Андрей подъехал. Помню, еще удивился тому, как сильно сын поправился: «Что это ты, парень, так раздобрел?» — спросил его. А он рассмеялся: «Да хорошо питаюсь, папа! Живу рядом с грузинским рестораном, а там хозяева не отпустят, пока не накормят!». Шутки шутками, но тогда я понял, что у него нарушился обмен веществ — это была уже не здоровая полнота, а одутловатость, даже грузность.

— До этого причин для беспокойства у вас не возникало?

— У Андрея была только одна болезнь — астма. Помню, после того как он сыграл «Кукарачу» в Театре имени Ленинского комсомола, критик Чурбанов вдруг выступил с разгромной статьей, в которой обвинил театр в том, что образ советского милиционера искажен: дескать, актер Краско играет его расхлябанным, в расстегнутой гимнастерке. Директор театра перепугался и сбагрил Андрея в армию, а этого делать было нельзя категорически по причине его заболевания.

— Неужели нельзя было, как сейчас говорят, откосить?

— Он не искал в жизни обходных путей: послали по распределению в Томск — поехал, забрали в армию — пошел служить. Я в этом смысле плохой защитник своих детей, никакого блата категорически не приемлю. Андрюшина мама перед распределением просила меня: «Пойди в театральный, поговори!». — «Ты что, с ума сошла? — возмутился я. — Такие вопросы он должен решать сам».

Правда, когда Андрея забирали в армию, я как-то вяло сходил в военкомат. «Вы понимаете, — говорю, — что он не совсем здоров?». — «Не волнуйтесь, мы все проверим!» — ответили мне. Что я еще мог сделать?.. Правда, служил он красиво, как почти все выпускники театрального, которые проходили службу, как правило, или в театре, или в ансамбле. Андрюша был то ли полковым, то ли батальонным художником.


Первой женой Андрея стала Наталья Акимова.

— У него были способности к рисованию?

— Абсолютно никаких, он малевал по трафарету — делал стенгазеты и агитплакаты с выдержками из военного устава. В письмах над этим своим занятием посмеивался, называл себя «великим художником».

— Какое качество Андрея не как актера, а как человека вы выделили бы особенно?

— Он был удивительно добрым, это все отмечают. Много помогал людям — и материально, и морально. Сестра его мамы, тетя Тома, до сих пор вспоминает: «Андрюшенька все готов был для меня сделать!». Он просто звонил, спрашивал, что нужно, и все вопросы решались как будто сами собой.

Мне он часто помогает и сейчас. Например, недавно была у меня проблема с глазами. В Федоровском центре выяснилось, что, хоть я и федеральный льготник, нужна еще одна подпись — на бесплатное обслуживание. И оказывается, что начальник, от которого зависит решение этого вопроса, вместе с Андрюшкой учился в школе. «Конечно, Иван Иванович, — говорит он мне, — в память об Андрее сделаю для вас все, что только смогу!».

— Правда, что вы предчувствовали его смерть?


Второй раз Краско женился на польке Мириам Александрович, которая родила ему сына Яна

— Родительское сердце всегда чует, когда что-то должно произойти. Сколько раз его в реанимации вытаскивали буквально с того света! Он-то нам ни о чем таком не говорил — щадил и докторам запрещал, но я, конечно, все равно узнавал. После каждого такого случая проводил с ним беседы: «Сынок, ты понимаешь, что однажды — не дай Бог, конечно! — тебя просто не успеют оттуда вернуть? Ты должен об этом помнить и заботиться о здоровье, ты в ответе за свой талант». Он тогда изумился: «А ты считаешь, что я талантлив?».

— Похоже, вы были очень строги к сыну...

— Меня можно понять — я работал с великим Товстоноговым, мне есть с чем сравнивать. Поэтому я никогда не преувеличивал способностей Андрея и радовался даже самым мелким его успехам: его первой ролью в кино стал безымянный шофер в картине «Личное свидание», которую снимал сын Евгения Алексеевича Лебедева Алеша под руководством Динары Асановой. Она сразу же обратила на Андрея внимание и сказала мне: «А ты знаешь, ведь он дальше тебя пойдет».

— Последняя картина Андрея...

— ...«Я остаюсь» Карена Оганесяна. Он даже озвучить ее не успел, за него это сделал Семен Фурман. Семен, правда, очень по этому поводу переживал, все сокрушался: «Предложили, а я не знаю, что делать». Я ему тогда сказал: «Попробуй!». В результате у него получилось абсолютное сходство и идентичность! Те, кто не знает, думают, что это голос моего сына.


Третьей, но уже не официальной, а гражданской женой актера стала Маргарита Тхоржевская — у них общий сын Кирилл

— Уже после того, как Андрея Ивановича не стало, много говорили и писали о том, что эта картина сыграла роковую роль в его судьбе, — ведь герой Краско заглядывает в потустороннюю, загробную жизнь...

— Что бы там ни говорили, но роли, за которые опасно браться, действительно существуют. В свое время Миша Козаков работал над «Пиковой дамой», а потом бросил, вместо него доснимал до конца кто-то другой. Я его спросил: «Правда, что это произведение на тебя как-то подействовало?». А он: «Ваня, это невозможно — я попал в Бехтеревку (наш питерский сумасшедший дом)!». Я тогда подумал: «Значит, он настоящий художник — все пропустил через себя».

Называйте как угодно — мистикой, колдовством, актерским проклятием, но оно существует. Однако, если воля у артиста действительно крепкая, он не допустит того, чтобы его утянуло за эту грань.

Говорят, Женя Евстигнеев ушел потому, что в последний момент испугался операции. И Андрюша перед съемками в картине «Я остаюсь» (кстати, ее рабочее название было «Доктор Тырса») жаловался, что боится этой роли. Вполне возможно, что мысленно он совместил ее со своей судьбой, а этого делать не стоит. Во всем должен оставаться элемент игры, не стоит все переживать так, будто это твоя жизнь.

— Вы думаете, Андрей внутренне принял смерть своего героя, как свою?


С Еленой Тарасовой артист прожил три года

— Он устал и в отличие от своего героя просто не смог вернуться обратно: картина называется «Я остаюсь», а Андрей ушел. К мысли о биологическом окончании жизни можно даже привыкнуть: знать, что у тебя есть такая лазейка — ты можешь уйти от ответственности, забот, хлопот, боли и обид. Видимо, именно так с Андреем и произошло.

Я тогда гнал от себя дурные мысли и предчувствия, но где-то в глубине души понимал: что-то должно случиться. Поэтому, когда нам позвонили сказать, что Андрея не стало, жена еще и трубку снять не успела, а я уже все понял...

— Говорят, время лечит...


Еще одна гражданская жена Краско Каролина Попова с их дочерью Алисой

— Действительно, прошло пять лет, и сейчас я уже совсем по-другому говорю о сыне, нет былой острой, обжигающей боли. Когда мне тогда по горячим следам предложили написать книгу о нем, я возмутился: «Да вы что, ребята! Вы какие-то скоропостижные, как смерть Андрея!». Но они сказали: «Вы попробуйте, не отказывайтесь». И книга действительно получилась неплохая, видимо, Андрея помнят, потому что ее покупают.

Вот мы с вами беседуем, а мой сын Ваня — старший от моего последнего брака — играет и внимательно все слушает.

— Как Андрей отнесся к тому, что у него, такого взрослого, появился маленький брат?

— Впервые увидев Ваню, Андрюшка начал безудержно хохотать. Спрашиваю: «Тебе смешно, что я, уже пожилой человек, родил тебе братика?». А он смеется и приговаривает: «Краско! Краско!». Очень радовался, что Ваня — нашей породы. И вот ведь что интересно: оба родились в августе, только Андрей 10-го, а Ваня — 12-го. В младшем брате столько черт старшего, что я просто поражаюсь.

Андрюша в детстве был совершенным Илюшенькой Обломовым — неторопливым, неспешным... И Ваня тоже лентяй порядочный, правда, с помощью мамы и бабушки стал в школе отличником. Он все больше проникается ощущением, что Андрей — его брат. Раньше-то с большим удивлением на этого дядьку смотрел.

— Вы чувствуете присутствие Андрея в своей жизни?

— Знаете, он ушел, но все время со мной. Портреты Андрея висят у меня везде, и мы с ним иногда разговариваем. Я обращаюсь к нему: «Привет, сынок!», а он в ответ улыбается: «Па, у меня все в порядке!». Так он меня всегда называл — па...

--------------------
Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана
Перейти в начало страницы
lulunchik
8 июля 2011 09:08
Сообщение #92

Группа: Телезритель
Ответов: 500
Регистр.: 27.11.2010
ICQ: --

clap Очень нравился мне этот актер.
Перейти в начало страницы
kuki
2 августа 2011 23:36
Сообщение #93

Группа: КиноЗвезда
Ответов: 6368
Регистр.: 10.09.2009
ICQ: --

Самая одиозная российская прима-балерина завершила гастроли по Крыму, во время которых приняла участие в байк-шоу и, по собственному признанию, влюбилась в байкера. На предложение устроить эротическую фотосессию вроде той, что была на Мальдивах, Анастасия ответила отказом, поскольку полуостров очень грязный, но добавила, что едва крымские власти сделают пляжи такими же чистыми, как за границей, готова вновь обнажиться



Анастасия Волочкова — едва ли не главный ньюсмейкер современной России, и не случайно регулярно выдаваемые ей на-гора новости живо обсуждают в печатных СМИ, теле- и радиопрограммах, на интернет-форумах и в личных блогах. Откровенные фотографии, сделанные во время отдыха на Мальдивах, крепкое словцо, сказанное в адрес провластной партии «Единая Россия», где Настя до недавнего времени состояла, жесткая полемика с представителями церкви о том, как должна одеваться женщина и почему она не должна раздеваться, таинственное исчезновение из эфира ток-шоу «Пусть говорят» и «НТВшники», где Волочкова снялась, — если так и дальше пойдет, публика вскоре будет ждать от танцовщицы не новых концертных программ, а свежих тем для разговоров. Из балерины и светской львицы Анастасия превращается постепенно в общественного деятеля и борца с режимом — чего только стоит заявление о том, что следующим президентом России она видит красивую женщину, причем обязательно блондинку и, по доброй давней традиции, родом из Санкт-Петербурга...

Дмитрий ГОРДОН

Родному городу на Неве Волочкова благодарна за то, что там научилась работать над собой и стойко преодолевать трудности. «Нет данных, — сухо сказали педагоги прославленного Вагановского училища, взглянув на девочку, которая мечтала танцевать. — Гибкость не та, подъем низкий, прыжок оставляет желать лучшего...». Так бы и увели родители заплаканную Настю домой, если бы не вмешался худрук училища Константин Сергеев: он убедил комиссию провести экзамен повторно и настоял, чтобы Волочкову приняли хотя бы условно — до первой заработанной двойки...

Плохих оценок от «худшей» ученицы в Вагановском так и не дождались: по общеобразовательным предметам Настя была круглой отличницей, а в освоении балетных дисциплин, даже несмотря на то что некоторые педагоги внимания ей совершенно не уделяли: «Волочкова, стань сзади и стой, у тебя все равно ничего не получится...», демонстрировала колоссальный прогресс.

«Я убеждала себя, что сейчас нужно напрячься, постараться, а праздники и выходные будут потом, но это заветное «потом» пока не наступило», — улыбается балерина. Классический балет она оставила два года назад и теперь совершенствует собственное шоу, по-прежнему тренируясь пять часов каждый день. При этом находит время на воспитание дочери Ариадны, занятия вокалом (запела Волочкова в 2009-м, на «Рождественских встречах» Аллы Пугачевой, прошедших в Киеве), запись музыкальных альбомов, поездки в отдаленные регионы с благотворительными проектами и, естественно, личную жизнь: не так давно в интернете прошел слух о том, что балерина вновь собирается замуж — за бывшего супруга Игоря Вдовина, с которым рассталась три года назад.

И о шикарной свадьбе, и о внезапной размолвке Волочкова всегда рассказывала открыто, называя себя и Игоря «парой века»: все, дескать, было бы хорошо, если бы не увлечение мужа то ли йогой, то ли йогом по имени Мария, которая просто околдовала, загипнотизировала известного юриста и разрушила благополучную семью. Подобное, кстати, время от времени говорят и о самой Анастасии, в чьих зеленых глазах тонули олигархи и медиамагнаты, причем не только российские. В начале карьеры юную балерину поддержал британский миллиардер Энди Керман — организовал контракт с Английским национальным балетом, а год назад Волочковой не на шутку увлекся богатый чилиец дон Мигель: с его легкой руки о российской танцовщице узнали в Латинской Америке.

На вопросы о том, кем приходятся ей заграничные богачи, Настя отвечает одно и то же: «Это мои добрые друзья» — и сетует, что коллеги-артистки с претензиями на статус светских дам не верят ей и завидуют. Так, например, взаимная неприязнь Волочковой и Ксении Собчак, нашедшей для Насти место в своей «Энциклопедии лоха», до сих пор на слуху, эпатажная ведущая не простила балерине вмешательства в ее личную жизнь — одно время яркие блондинки боролись за жениха — издателя Вячеслава Лейбмана. Победу одержала спокойная и величественная Волочкова, но ненадолго: эмоциональная Собчак не давала паре прохода, норовя облить Анастасию вином или, если повезет, вцепиться разлучнице в волосы...

Пережив скандал гораздо масштабнее — увольнение из Большого театра, после которого в Россию с весами и рулеткой, чтобы измерить рост и вес «большой и толстой звезды», приезжали корреспонденты «Нью-Йорк таймс», Волочкова не стала участвовать в женских разборках и отвечать оскорблениями на оскорбления: «Мое не денется от меня никуда, а чужого не надо...».

— Настя, вы — ученица легендарной примы Мариинки Натальи Дудинской, и в Большой театр вас брал лично Владимир Васильев. Вы подавали большие надежды?

— Ну, во всяком случае, в пять лет, когда мама привела меня в Мариинский театр на балет «Щелкунчик», выходя, я сказала ей, что буду обязательно балериной. Серьезно к этим словам мама не отнеслась, но все же, когда мне исполнилось восемь, в балетное училище отвела. Я, если честно, не просто подавала надежды — в каком-то другом мире себя не представляла, но творческая жизнь началась не очень легко. Даже сложно, так скажем, потому что, придя в училище, профессиональных данных совсем не имела. Того, что сейчас у меня в гиперболическом объеме: растяжки, прыжка, выворотности, — не было вообще, и поэтому приходилось работать больше, чем другим ученицам, — я занималась дома, с частным педагогом, а в то время это отнюдь не приветствовалось.



— В Большом вам довелось поработать с Юрием Григоровичем — думаю, в истории российского балета круче мастера не было...

— Мне вообще с педагогами повезло: в Мариинском ими были Инна Зубковская, Ольга Моисеева, Татьяна Терехова, Ольга Ченчикова, в Москве — букет самых ярких личностей: Владимир Васильев, Екатерина Максимова, Наталья Бессмертнова, Михаил Лавровский, Надежда Павлова, Нина Семизорова...

— Что ни фамилия — то...

— ...можете себе представить? — мэтры! Я, наверное, единственная балерина — не ручаюсь, что в мире, но в России точно, — у которой столько прекрасных наставников.

— Майю Плисецкую видели?

— Не только видела — это, кстати, тоже мой учитель, причем с большой буквы. Именно мне, первой русской балерине, Майя Михайловна дала официальное право танцевать «Кармен-сюиту» и помогла отрепетировать партию. Незабываемы впечатления и воспоминания о том, как эта величайшая звезда, которой тогда 75 было...

— ...выходит на сцену...

— Не то что на сцену — в репетиционный зал входит на шпильках, показывает порядок и танцует вариации «Кармен-сюиты». Плисецкой я восхищаюсь — как женщиной и профессионалом!

— Что для балерины, на ваш взгляд, главное?

— Важна гармония — быть яркой, многогранной личностью и иметь к тому же харизму, не присущую остальным.

— Харизма, значит, балерине тоже нужна?

— А без нее добиться успеха сложно, то есть танцевать она, разумеется, сможет, но смотреть на это будет неинтересно. Если балерина не красивая, сексуальная женщина, на сцене не видно краски, а сегодня внимание публики можно привлечь только эмоциями, неповторимостью. Давайте сравним уровень теперешних артисток балета и тех, которые выступали раньше, — если посмотреть, как танцевали выдающиеся балерины, начиная с Анны Павловой и Галины Улановой... Ну, честно говоря...

— ...да?..

— ...без слез не взглянешь, но они были способны передать эмоции и держали зал, как драматические актрисы.

— Кто же из них был лучше технически?

— Трудно сказать, да и эстетика изменилась: сегодня балерины более стройные, рослые...

— Раньше и кругленькие попадались...

— ...да, колобашечки такие...



— ...маленькие...

— ...и, знаете, ножки выше 90 градусов не поднимали. Впрочем, это — вопрос эстетики: для любой профессии — не важно, балерина ты, певица или актриса — в человеке должна привлекать личность, он должен по сути своей быть интересен. Есть много балерин, у которых события, в принципе, на мои похожи: свадьбы, рождение детей, разводы, поездки на отдых, но почему-то никого они не интересуют.

— «Балет, — признались однажды вы, — это маленький ад»: что имели в виду?

— Я не называла балет маленьким адом, просто сказала, что жизнь в нем окрашена не столько радостью и успехом, который зрителю виден, сколько завистью и нечестной конкурентной борьбой, которая ведется за кулисами постоянно. Лично мне пришлось столкнуться с этим и в Мариинском, и в Большом, поэтому сейчас я счастлива, что нахожусь вне стен и одного, и второго, и третьего — Театра балета Юрия Григоровича, и четвертого — Английского национального балета, хотя каждый из них стал частью моей биографии и я вошла в историю театров, в которых служила.

— Многие ваши коллеги говорили мне, что балет — настоящая клоака, где постоянно друг друга подставляют, чтобы выбить конкурента из колеи...

— Это правда, причем разными путями.

— Ну, например, какими?

— Ну, в Мариинском могут просто гадости говорить, но происходить это будет так, что человек ничего не узнает, то есть судачат о тебе, обсуждают, и все, а вот в Большом театре — наоборот: ты можешь стоять в кулисах перед выходом на 32 фуэте (самый сложный элемент в балете), и прямо за твоей спиной о тебе будут такие вещи рассказывать, что просто слезы на глазах и уже не до танца.



Мне, кстати, и с более жестокими методами сталкиваться приходилось — однажды, когда в «Лебедином озере» «белый» акт исполняла — партию Белого Лебедя, с костюма Черного Лебедя, который висел в гримерной (яркого, нарядного), срезали всю отделку, камни и украшения. Я была в шоке: не поняла, чей костюм. Подумала, что ошиблись и наряд кордебалетной девочки принесли, который отделки, соответственно, не имел.

— Вы узнали, кто это сделал?

— Нет, конечно, — разве это возможно?

— За рубежом в балетной среде такое практикуется тоже?

— Нет. Я танцевала в разных мировых театрах — где-то как guest, где-то год в одной труппе, и знаю: такого у них не бывает.

— Это, значит, национальная наша особенность?

— Наверное, отсутствие не то чтобы культуры — какой-то этики в отношениях.

— В Большом вовсю ваш избыточный вес критиковали — между театром и вами вспыхнул даже громкий конфликт...

— Он, я замечу, не из-за веса возник — причиной стало то, что в свое время я рассталась с очень влиятельным человеком, у которого и деньги, и связи, и возможности...

— Кто это?

— Ну, я позволю себе вслух его имя не произносить (в своей книге «История русской балерины» Анастасия называет бывшего бой-френда S. и указывает, что родился и вырос он на Востоке, поэтому ее коллеги-артисты и журналисты предположили: балерина имеет в виду олигарха Сулеймана Керимова — одного из самых богатых и влиятельных олигархов России. — Д. Г.), потому что после разрыва этих отношений получила множество неприятностей — вплоть до угроз жизни, которые, между прочим, прозвучали здесь, в Киеве. Плюс судебный процесс, уголовные дела на близких людей и как результат увольнение из Большого театра.

— Влюбленный мужчина может так отвечать?

— К сожалению, да — человек попался очень эмоциональный. Когда мужчина уходит от женщины, он готов зачастую оставить ей миллионы долларов, только чтобы его не трогали, а коль уж так получилось, что ушла я, немножко, наверное, здесь (дотрагивается до головы. - Д. Г.) у него переклинило.



Я ни разу не позволила себе назвать имя этого человека, хотя он достаточно известен, — именно потому, что не хочу проституцией заниматься (на мой взгляд, это не то состояние, когда женщина изменяет мужчине или наоборот, — это когда изменяешь себе). Я этого человека любила, поэтому помню только хорошее — наши встречи, то, как мы делили и жизнь, и постель, и отдых, и трапезу. Таков мой принцип — все плохое отсеиваю, а все хорошее оставляю себе. Первой имя этого человека назвала Ксения Собчак, за что я без уважения к ней отношусь, но сейчас я не об этом. Из Большого меня убрали совершенно незаконным способом — было сказано: «Увольняйся любыми путями». Любыми и уволили — бедный директор Анатолий Иксанов пожалел об этом 100 тысяч раз. Убрать-то он меня убрал, только забыл объяснить, за что и почему.

Когда меня задним числом уволили, я нашла в себе силы, мужество и смелость — одна, женщина, балерина! — подать на директора Большого театра в суд и это судебное противостояние выиграть. Разумеется, он выглядел идиотом, и, естественно, ему надо было придумать: а за что же он, собственно, Волочкову уволил? Проще всего ведь ответить: «Потому что большая и толстая».

— «Толстая», извините, при всем желании о вас не скажешь, а что значит «большая»?

— Мой рост средний — метр 72, а у Майи Михайловны Плисецкой, которая не один десяток лет танцевала...

— ...ну, она маленькая...

— Маленькая? Ее рост метр 70!

Знаете, мне, если честно, не то чтобы говорить об этом не хочется — это не имеет смысла. Видно же, что люди просто до абсурда доходят, если балерин чуть ли не линейкой меряют, ставят по росту, а не по уровню их личности, узнаваемости. Вот вы живете в Киеве: назовите мне пять украинских балерин, которые танцуют не только здесь — везде. Пожалуйста!

— Ну, если времен моей юности, то Калиновская, Лагода...

— Это люди, которые моими педагогами были — в великом Киевском театре оперы и балета, но назовите тех, которые сейчас работают!


С дочерью Аришей.

— К сожалению, не могу...

— В России та же фигня, но важно не то ведь, кто сколько весит и какого он роста, — важна гармония, которая должна быть везде, в том числе в балете. Это же, согласитесь, абсурд, если меня, высокую, статную...

— ...красивую...

— ...да, и красивую, поставят с мальчиком-карапузом, метр с кепкой! Или моего партнера, Рината Арифулина, чей рост метр 87, с маленькой карапузкой — как такая пара смотреться будет? Ясно же, что глупо, но, знаете, сколько мне пришлось из-за этого пройти?

Директор Иксанов налил грязи, что я большая и толстая, никто со мной не хочет работать, партнеров нет, а я на все отвечать делом привыкла. Меня из Большого театра 16 сентября 2003 года уволили, а через два месяца, 12 и 16 ноября, у меня были программы в Кремле — «Лестница в небо». В ответ на выпады, что я не классическая балерина, сделала шоу, где станцевала 10 хореографических композиций и целый акт балета «Лебединое озеро» — со мной 160 артистов и пять звездных партнеров работали (это на видео есть). Здрасьте, вот вам мой ответ!

На всех великих: Майю Плисецкую, Рудольфа Нуреева, Юрия Григоровича, Мариса Лиепу — находились всегда люди из мира гадостной власти, уроды, которые...

— ...пытались их подрубить...

— ...вставить палки в колеса, сделать так, чтобы они уехали из страны, и многие эмигрировали. Великий Александр Годунов, например, и не только он, но помнят-то имена артистов, а не этих козлов конченых, которые...

— ...всегда за кулисами...

— Поэтому их никто не знал и не знает! На мой взгляд, люди должны быть известны не только громкими именами, но и делами, поступками, а сейчас каждый, кто является личностью, чувствует противодействие, потому что ему гадят те, кто полностью закомплексован. У кого-то не стоит, кто-то определенных высот в карьере достичь не может, кто-то погряз в коррупции и понимает свое ничтожество, но задача сильных — идти вперед, и если идет человек путем правды, Бог обязательно на его стороне.

— «Буду, — сказали вы, — танцевать, пока не стану смешно выглядеть» — что имели в виду?

— Еще в юности я решила, что уходить из классического балета (подчеркну: из классического) нужно, пока ты молод, в хорошей форме, пока тебя помнят красивым и ярким, чтобы не достичь состояния, когда смотреть на тебя уже нельзя, и я свое слово сдержала: в 33 — два года назад — в последний раз станцевала классический балет (по-моему, это была «Жизель», даже не помню). Я не делала из этого помпу: «Последнее выступление!», как это на эстраде бывает: «Последний концерт, приходите...».

— Прощальная гастроль!

— ...да, которая длится еще лет 10. У меня этого не было, просто, станцевав спектакль очередной, подумала: «Господи, а зачем мне это надо?». 15 лет белых и черных лебедей играть, добрых фей? — да это привет полный! Уже 10 лет назад у меня была своя концертная программа, мы с мамой ее сделали. Я — единственная балерина, которая имеет свое шоу: нашла свой формат, который долго искала, чтобы привлечь массового зрителя к искусству...


Свадьба Анастасии Волочковой и бизнесмена Игоря Вдовина.

— ...и это, как говорил Горбачев, правильно!

— Ну, конечно, потому что сейчас на «Лебединое озеро» массового зрителя, особенно молодежь, привлечь сложно. У нас, к сожалению, этот балет ассоциируется с путчем...

— ...и смертью Генеральных секретарей...

— ...а мне хотелось другого — сочетания жанров, и поэтому могу показывать свое шоу любой публике.

— На дискотеки при этом вы ходите?

— Я? Обязательно, и зажигаю там от души!

— Легко ли такой красивой и умной — я в этом уже убеждаюсь — женщине находиться в окружении мужчин, которые ведут себя не всегда достойно?

— Очень непросто, потому что мстят мне, как правило, те, кто имеют деньги, власть и возможности. В Мариинском тоже так было: одному не дала — все, жизнь в кошмар превратили...

— А без этого в балете никак, да?

— Не то чтобы никак — просто юной, 18-летней девушке, приходящей в театр, сразу ставят условия личного и финансового характера.

— Напрямую?

— Мне было сказано напрямую, и человек, кстати, был достаточно интересный, но когда у тебя за спиной осетинский товарищ говорит: «Эта будет моей»... Я с детства настолько свободолюбивое существо, что не приемлю никакого натиска, насилия, никогда не буду делать то, что мне не нравится, — может, поэтому постоянно, как на войне.

— Откуда вы такая взялись, вот скажите?

— Я? А вот такая, из Санкт-Петербурга, мама так воспитала. Жизнь просто сложилась таким образом, что этот накал страстей все время преодолевать приходилось, и чем дольше я с честью и достоинством это делала, тем сильнее жалела бы, если бы оступилась, поддалась на какие-то уловки и уговоры.

— Каким должен быть мужчина, чтобы в него вы влюбились?

— В первую очередь добропорядочным. Естественным, настоящим. Не должен лгать, лицемерить, пытаться казаться тем, кем на самом деле, увы, не является.


Анастасия с дочерью и мужем.

— Такие вам попадались?

— Мне? (Тяжело вздыхает).

— Ну вот, вздохнули...

— Нет (смеется), просто по степени благородства лучший из всех мужчин — это, скорее всего, мой бывший муж Игорь, и показатель того, что он действительно благороден, — то, что мы сумели сохранить отношения после расставания. Он по-прежнему уделяет внимание мне и дочери, мы сберегли романтику, которой нет у многих семей, живущих со штампами в паспорте, хотя штампов не ставили. В одном из недавних интервью меня спросили: «А не обманули ли вы всю страну?». Наоборот, мы были честны. Сказали: «Пожалуйста, приходите, вот наша свадьба», и показали на весь мир — Голливуд отдыхал!

— Это же в Екатерининском дворце в Пушкине под Питером происходило...

— Да, и дворец сняли со всеми аллеями и прудами. У меня было пять свадебных платьев, а в Москве наш праздник в Юсуповском дворце отмечали. Жить, я считаю, нужно по чести и совести, а не по штампу — для меня важнее всегда не форма, а содержание.

— «Секс со мной, — утверждаете вы, — прекрасен»...

— Конечно, я красивая женщина!

— Но для этого красивой быть мало...

— Разумеется, можно быть обычной на сцене и актрисой — в постели, но эту фразу вы вырвали откуда-то из контекста...

— Она мне просто очень понравилась...

— Правда? Я просто произнесла ее, когда начались выпады в мой адрес после обнаженной фотосессии с Мальдив.

— Потрясающая фотосессия!

— Это правда! По сравнению с тем, что я вижу в журналах Playboy, «Максим» и так далее, мои фотографии с ракушками и песочком, — шедевр античного искусства, поверьте мне! Мало того, эти снимки и выкладывала не в блоге партии «Единая Россия» и не в журналах, а в своем блоге, которому и месяца не было, как вызов папарацци, которые охотятся за мной и пытаются снять откуда-то из-под кустов в самый неожиданный и неподходящий момент.

— Много их?

— Очень! Вечно фотографируют во время показов мод, когда переодеваюсь, нагибаюсь, а потом выставляют в интернете мою грудь или щелкают, когда выхожу из моря в одних трусиках... Я свободный человек, я решила жить так, как хочу, так неужели у меня нет 12 дней в году, чтобы догола раздеться и показать свое тело — не мусульманам, которые на Мальдивах живут, а морю, солнцу, Богу? Я хочу плавать, как я хочу, я женщина, и если подлавливаете меня — ваши проблемы.

Этим жестом мне хотелось сказать: «Дорогие друзья, за чем вы охотитесь? За грудью Волочковой? Так она у меня красивая, и тело стройное — посмотрите. Я сделала фотосессию — пожалуйста, размещайте, но хотя бы, идиоты, возьмите в хорошем качестве и разрешении!», и, знаете, как я теперь свободно живу?

Ну что уже после этого захотят увидеть? Остается только в постель ко мне залезть с фото— или видеокамерой и посмотреть, как занимаюсь сексом, и вот по этому поводу я сказала, что секс у меня гармоничный и классный. Если со мной красивый мужчина — стройный, подтянутый, если у него все нормально стоит и все остальное шикарно — смотрится это неплохо.

Снимки мне помогли успокоиться... Недавно вот к вам на съемки приехала, в фургончике переодеваюсь, а Машенька моя, pr-директор, волнуется: «Ой, подождите, сейчас дверь может открыться и вас кто-то увидит!». Я рассмеялась: «Маша, после фотосессии на Мальдивах надо ли думать, что кто-то сидит в кустах? Да я о себе думать хочу!».

— У вас были романы, о которых вы вспоминаете как о головокружительных?

— Только такие и были. Я — счастливая женщина, мне попадались самые лучшие, самые красивые и умные мужчины. Не могу сказать, что все подряд добропорядочные, но это были добрые, мудрые люди. Просто так получалось, что расставание со мной переживали они нелегко, поэтому я объясняю их действия...

— ...пытаетесь объяснить...

— ...да, следствием ревности.

— На что ради вас шли мужчины?

— Ну, разные были поступки... Кто-то самолет, цветами уставленный, присылал, кто-то приглашал к себе на яхту СС Сatch или London Beat, и у нас было романтическое путешествие. Игорь Саныч, мой бывший муж, устраивал фейерверки, останавливал поезда — садился в машину и догонял состав, в котором я ехала на гастроли. Столько денег, как у людей, с которыми я раньше общалась, у него не было, поэтому заходил просто в купе с рюкзаком, цветами, бутылкой вина, козьим сыром и магнитофончиком: «Здрасьте, вот, вина тебе решил налить...» — представляете? Есть вещи, которые не масштабностью ценны, а совершенно иным.

— Снова вас процитирую: «Я большие камни люблю и большие кольца...

— ...очень!..

— ...они хорошо на моих руках смотрятся»...

— Да, замечательно.

— Что вам дарили поклонники — из серьезных, я имею в виду, украшений?

— Колье, ожерелья, серьги, браслеты, перстни... Кольца и вправду люблю, потому что я балерина, актриса, и на сцене они выделяются.

— Какие камни вам нравятся больше всего?

— Яркие топазы, аметисты, аквамарины — все красивое и изысканное.

— Богатой назвать себя можете?

— Да, я очень богата, но богатство мое — не деньги. Самый большой капитал и вообще ресурс, который у меня есть, — это имя и запас силы, достоинства, мужества стати: качеств, которые женщине не должны быть присущи.

Очень хочу послужить людям, особенно детям, и если будет продолжаться травля, которая началась после моего выхода из «Единой России», я, конечно, уеду и найду себе применение где угодно, начиная с Украины, Беларуси и Казахстана, а если нет, это будет Лондон — один из любимых моих городов. Я путешествую по всему миру: в Чили, например, год назад гастролировала, детям мастер-классы давала и благотворительные акции проводила, но нашим, российским ребятам, могу дать гораздо больше, потому что они меня знают и любят.

— Слушаю вас и думаю: как хорошо быть свободным!

— Да офигенно!

— Внутренняя свобода — то, чего не хватает большинству наших людей...

— Особенно женщинам — быть не просто свободной, а независимой.

— Счастье, да?

— Нереальное, но надо мудро к этому подходить, ведь независимость — не то состояние, когда тебе никто не нужен: это когда при любых обстоятельствах можешь рассчитывать исключительно на свои силы.

— Вашей дочери Ариадне скоро шесть лет исполнится...

— В сентябре, 23-го.

— Серьезно ее воспитываете?

— Очень. Стараюсь, чтобы выросла личностью, умела добрые поступки совершать, сострадать и в то же время была сильной, стойкой, стремилась к успеху. Хочу, чтобы у нее был свой путь, и она сама этого хочет. Дочка не сможет, наверное, стать балериной, потому что громкое имя мамы всегда будет ей мешать, но уже сейчас она танцует и поет.

— Папа общается с ней?

— Часто, а после нашего расставания стал общаться еще чаще. Вот сегодня, в этот прекрасный день, позвонил и сказал: едет с Аришей и его детьми от первого брака на мюзикл. Детки дружат, Ариша любит своего братика Диму и сестричку Лерочку, они вместе бывают у бабушки — это здорово!

— Я читал много ваших интервью, где вы рассказывали о романе с бывшим мужем, о свадьбе и расставании, и так и не смог понять: а почему, собственно, вы расстались? Вроде и любовь была, и уважение — все нормально...

— Ну, вы знаете, так бывает...

— Сами еще до конца не разобрались?

— Нет, я-то понимаю, что произошло: Игорь увлекся йогой, попал в секту, и у него полностью изменились мировоззрение и образ жизни.

— Богатый человек может попасть в секту?

— Сегодня любой может: и богатый, и бедный — просто шел по переулочку недалеко от нашего дома и зашел в «ЙогаДОМ»: позаниматься йогой. Я не была против, потому что сама несколько уроков брала, но быстро поняла, что йога мне ничего не дает, у меня такая растяжка и гибкость...

— ...дай Бог каждому йогу!..

— ...да, эту ногу так повернуть, как я! (Смеется). Увы, у Игоря получилось по-другому: его зацепили, и на полтора года человека просто не стало. Он решил жить отдельно, в какой-то непонятной аскезе, у нас не было физической близости, что для меня неприемлемо, потому что я человек эмоциональный, не могу представить, как такое возможно, и на фразы о том, что у йогов секс два раза в год, вы понимаете, какая у меня была реакция...

— «Ну хотя бы три!»...

- (Смеется). Поэтому все так изменилось. Я считала, будет честно расставить все точки над «i» и договориться, поэтому мы решили, что друг от друга ничего не скрываем, что у меня своя личная жизнь...

— ...и он к этому нормально отнесся?

— Ну, не совсем — волновался, переживал... Постепенно от своего увлечения отказался: слава Богу, на 100 процентов секта его не затянула. Я во всех храмах, где только могла, молилась, чтобы человек остался собой, чтобы душу его не нарушили, — в итоге он оставил йогу как практику и вроде к обычной жизни вернулся. Думаю, ему хотелось восстановить отношения, но слишком много воды утекло — больше я в этом не нуждалась и сейчас прекрасно себя чувствую.

— Вы хотите еще детей?

— Да, сына, но сначала нужно встретить того, от кого захотела бы его родить. И не просто родить, а чтобы жить в семье, чтобы свадьба была еще более пышная, чтобы уже семь белых платьев успеть надеть за два дня и чтобы все было шикарно!



--------------------
Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана
Перейти в начало страницы
kuki
3 августа 2011 00:17
Сообщение #94

Группа: КиноЗвезда
Ответов: 6368
Регистр.: 10.09.2009
ICQ: --

— Снимки с Мальдив, о которых вы рассказывали, кто делал?

— Ринат Арифулин, мой партнер. В юности он занимался парусным спортом, и вот, проплывая на своем паруснике мимо Мальдив, решил заглянуть к нам с мамой и Аришей на огонек.

— Представляю его состояние — такую снимать красоту...

— Да, руки у него дрожали!

— Как у всей страны после...

— (Смеется). Ну, ему не привыкать: мы 10 лет дружим, а вместе танцуем семь.

— После того как снимки были опубликованы в интернете, на вас отчаянно нападали многие, в частности, депутат Государственной Думы народная артистка России актриса Елена Драпеко...

— Не только она — еще девушки, которые в комитетах по делам молодежи работают: кто-то юношеский спорт курирует, кто-то матерей опекает, решает проблемы семьи.

— Но она-то чего — актриса? Правда, еще и коммунист...

— Ага, коммунист: сама в картине «А зори здесь тихие» грудь показывала, но об этом забыла.

— Это ж когда было?

— Когда она и товарищи-спортсменки напали, даже Коммунистическая партия меня защитила, выложив в интернете статью: мол, смотрите, что эти дамы имеют против Волочковой, если одна сиськами на экране полощет, вторая голая, с сигаретой в зубах, засветилась, третья для Playboy снялась...

Сам факт, что эти женщины комментировали мои фотографии, не учитывая, что я выложила их в своем блоге, а они для журналов снимались, для публики, чтобы на них смотрели, меня поразил. Не хочу никого трогать и называть имена, просто зачастую, когда люди какие-то выпады совершают, в свой огород не смотрят, и я понимаю, почему так происходит. Когда они раздевались, никому это не было нужно. Вот пойдет сейчас любой член партии «Единая Россия», разденется — ну и что? Никто не заметит, потому что их даже в лицо, этих членов, не знают, а когда Волочкова разделась, в твиттере за пару месяцев шесть миллионов просмотров.

Я прифигела — не думала, что мои снимки такой резонанс вызовут, а когда появились еще фотожабы, так смеялась! (Хохочет). Ну, не могла предположить, что кому-то это взбредет в голову, что люди будут сидеть и приклеивать ко мне Путина с Медведевым. Увидев фотографию, где Дмитрий Анатольевич с умиленным выражением лица сидит у меня на ручках, прижавшись к моей груди, а сзади Владимир Владимирович чики-чики — плывет баттерфляем, премию за эту фотожабу назначила и книгу свою автору подарила.



— Единороссам вы ответили: «Я не член показала, а грудь»...

— Однозначно, и сейчас это могу повторить: «Не член, а грудь, и не на вашем сайте, а в своем блоге».

— Не могу не спросить о вашем конфликте с «Единой Россией», которую многие иначе чем КПСС, только свежего разлива не называют. В 2005 году вы поставили свою подпись под письмом в поддержку приговора бывшим руководителям ЮКОСа, а 2 февраля 2011 года в интервью «Радио Свобода» объяснили свой поступок следующим образом: «Однажды люди из «Единой России» (этого говна, в которое я имела неосторожность вступить) заставили меня подписать такой документ нелепый, который, как мне объяснили, в защиту Ходорковского был — дескать, на его месте другие должны быть люди. Я подписала, а потом, когда вся страна обрушилась на меня с претензиями, что я против Ходорковского, рыдала, потому что меня обманули реально, и, может быть, это та причина, кстати, по которой хочу сейчас выйти из этой... тра-та-та...

— ...е...чей партии «Единая Россия»...

— ...потому что там неправда. На самом деле, я очень уважаю Ходорковского, он большое внимание уделял людям и, в частности, детям, мне жаль его маму, и, знаете, кого еще жаль? Тех, кто сделали так, чтобы ему было сейчас плохо, потому что этот вердикт вынесли люди ничтожные, которые до сих пор не научились владеть собой, но им кажется, что они могут владеть миром»...

— Не откажусь ни от одного слова! После выхода из партии мне пытались перекрыть кислород, приостановить мое творчество, причем делалось это в открытую. Я гастролировала на Дальнем Востоке, танцевала для детей, людей, в нищете живущих. У меня был тур по девяти городам — от села Верхняя Эконь я доехала до Магадана, а администрация Хабаровского края передавала журналистам приказ из Москвы о том, чтобы мои выступления в прессе не освещали. Представляете, не сиделось в Москве кому-то — хотела бы я увидеть того, кто эти дурацкие указания давал! Будто бы я пропагандировала наркотики и пьянство, а не классическое искусство.

— Замглавы Администрации Президента России Суркова вы обвинили в том, что под его давлением на центральных телеканалах изъяли из эфира ваши программы...

— Не обвинила, а заявила об этом публично, потому что по указке этого человека две передачи были сняты.

— Откуда вам это известно?

— Редакторы программ признались, хотя после этого произошел уникальный случай: буквально месяц назад по Первому каналу передача «Пусть говорят» прошла. Не знаю, ветер перемен это или что, а быть может, не разобралась я и вредили мне какие-то мелкие клерки? Так или иначе, неужели за то, что сказала какие-то слова или не сказала, надо противодействовать моему творчеству — разве это справедливо? А что, «Единая Россия» делала меня балериной, что, они концертные программы мои создавали? Кто-то из них платил за мои костюмы, хореографические композиции ставил?



— Кто вообще «Единая Россия» такая, если на то уж пошло, да?

— Именно! За то, что я была с ними восемь лет, вместо рукопожатия получила удар в спину. Столько лет я выдерживала эту партийную этику, не говорила о том, что там происходит, обо всей этой несправедливости, и, наконец, позволила себе открыть рот (кстати, то, что о письме по поводу Ходорковского сказала, это еще цветочки).

Как мне аукнулось мое участие в политике, в двух словах не передашь. Думала, я свободный человек и живу в свободной стране, одна из первых в эту партию вступила, восемь лет продержалась и попрощалась: «Ребята, пока! Вы занимаетесь имитацией бурной деятельности на заседаниях, а я буду заниматься своими делами, детьми — у меня свой проект». Я в Высшей школе экономики отучилась, степень MBA — получила — вы хоть одну балерину со степенью MBA видели?

Это причем не хвастовство: я предлагала проект создания сети творческих школ в регионах России — «Школы Анастасии Волочковой». Не потому Волочковой, что это понты для приезжих, а потому, что мое имя может привлечь детей и в отличие от партийцев я клоунадой не занимаюсь.

Люди добрые, как только выборы объявляют, и у нас, и у вас начинается клоунада. Везде портреты висят: «Здравствуйте, я дядя Вася!», «А я — Виктор Иваныч, знайте меня хотя бы в лицо!». Мне это зачем? Меня в лицо и так знают — и в мире, и в стране, за моими портретами реальные проекты стоят, и когда мне начинают гадить и мстить, снимая передачи с моим участием из эфира, это смешно. Ну, убрали вы две программы, так есть же интернет, блог. Просто не смекнули: этот выпуск «Пусть говорят» посмотрело в три раза больше людей, чем если бы он спокойно в свое время прошел, и то же самое с энтэвэшниками было.

Можно убрать меня с телевидения, не писать обо мне в газетах, но никто не запретит мне встречаться с детьми, дарить им самое дорогое и ценное, что у меня есть, — время и участие, и когда я в селе Верхняя Эконь в детский дом еду и накануне 8 Марта ребята поют мне песню про маму, знаете, о чем думаю? Да эта «Единая Россия»!.. (Пауза). После того, что они сделали, все, что я говорила на радио, — им комплимент, и глупость этих людей вот еще в чем. Пусть это мелкие клерки или просто члены мне гадили, неважно — глупость в том, что это накануне выборов произошло. «Все, — я решила, — хватит, не могу больше» — и вышла из партии, но, вставляя палки в колеса моему творчеству и мне лично, единороссы показали свое истинное лицо людям, которые, возможно, вступили бы в эту партию или за нее проголосовали. Народ увидел: вступая туда, ты, как Волочкова, становишься заложником банды, выходя из которой получаешь один негатив.

— Из банды, Анастасия, выходить нельзя!..

— Ну, тем не менее многие, потенциально желающие единороссами стать, сказали: «Спасибо, не надо, мы подождем». Рейтинги у них сразу упали, чики-пики — и оказалось, я стала первой женщиной, которая осмелилась на такой шаг: выйти из «Единой России».

— Настя, а вам действительно Ходорковского жалко?

— Искренне, и даже если он виноват, ну отсидел уже — что же вы, боитесь конкуренции и продлеваете срок, чтобы он вообще не вышел? Есть люди, которые совершили большее зло, чем Ходорковский, и они на свободе. Тырят деньги, у народа крадут, кому надо заносят...

— Ну, вы ж механизмы знаете...

— Знаю, на самом деле. Я очень неудобный для политики человек, потому что я человек правды, поэтому пойду в ногу и об руку только с тем, в ком увижу личность и добрые помыслы.


Две примадонны — Алла и Анастасия

— Хочу теперь у человека правды спросить: не страшно было бодаться с этим огромным дубом — «Единой России»?

— Вообще не страшно!

— Но вам же есть что терять...

— Мне? Бизнеса у меня нет — только творчество и жизнь. Ну, жизнь — это, как говорится, Бог дал, Бог взял, но я понимаю, что на моей стороне правда и Бог, и когда кто-то действует против меня как против балерины, сделавшей себя самостоятельно, он идет против Бога.

В моей жизни было много людей (в основном мужчин), которые со мной боролись, хотели уничтожить, делали гадости, но я отпускала их из своего сознания, говорила: «Идите с Богом, я не держу на вас зла! Если было что-то хорошее, буду помнить радости встреч, а не горести расставаний», а они... К сожалению, я потом видела, что с этими людьми происходило. Кто-то в аварию попал, кто-то умер, у кого-то с детьми случилось неладное. «Господи, — думала...

— ...это не я...

— ...хорошо, что не пожелала худшего, а просто их отпустила!»...

Сейчас ко мне приковано внимание не только в России: я дала целый ряд интервью мировой прессе — честные, откровенные, и многие журналисты спрашивают: «В какой стране вы живете? У вас что, опять сталинизм?». Мы ведь идем к этому!

Хочу просто посмотреть, что будет дальше, и, если найдутся лидеры, которые этот беспредел прекратят, задумаюсь. Возможно, кампания против меня — дело рук не топовых руководителей, а мелких сошек, которые хотели, прикрывшись именами больших людей, меня проучить, но это невозможно, потому что в жизни я кое-что понимаю — я, женщина, вынесла на своих плечах столько страданий! Куда больше, чем они, мужчины, так чего мне бояться?

— Одно время вы собирались стать мэром Сочи, но вам даже зарегистрироваться не дали...

— Понимаете, когда сайт открыли, на котором люди со всей России отвечали на вопрос, кого бы они выбрали, если бы жили в Сочи, я 13 процентов голосов набрала, и, думаю, поэтому Александр Николаевич Ткачев (губернатор Краснодарского края. — Д. Г.) изменил ко мне свое отношение и быстренько снял с выборов.

— За что?

— За то, что на сбербанковском чеке, который свидетельствовал, что я деньги внесла, не была указана дата моего рождения.

— Вы, на ваш взгляд, могли бы руководить городом Сочи, где темные ночи?

— Ну, я считаю, задача мэра — защищать интересы горожан и не допускать беспредела и коррупции среди чиновников, и я не просто так, кстати, попала на эти выборы — то есть, конечно, по доброй воле, но и по просьбе людей, в меня поверивших. Это были представители малого и среднего бизнеса, они знали меня не только по книжке моей и понимали: я всегда отстаивала свои честь и достоинство сама, за мной не было ни мужей, ни спонсоров, которые могли бы для меня что-то сделать.

Увы, предвыборная кампания закончилась тем, что теперь я вообще не могу в Краснодарский край приехать и выступить перед публикой, для которой пять лет безвозмездно в Театре балета Юрия Григоровича танцевала, прославляя и театр, и край, и Ткачева, если на то уж пошло. Господи, он так сильно обиделся, что объявил меня в Краснодарском крае персоной нон грата.

Понимаете, человек занимается не расследованием убийств в станицах, не творящимся вокруг беспределом и не коррупцией, потому что все родственники в этом бабле увязли и все, что мог, он уже на них оформил: заводы, фабрики, трубы... Когда российские газеты читаю, я в шоке от того, что там происходит: лучше бы на это внимание обратил, чем артистов травить — меня, Борю Моисеева, про которого он сказал: «Этот пидарас ко мне в край не заедет!». Слышишь, князь! — разве это нормально? Скульптор какой-то не так его друга вылепил — все, он в Краснодарский край не въездной: как это возможно в принципе?

— Это правда, что вы собираетесь продавать в Санкт-Петербурге квартиру и покидать северную столицу?

— Нет, это опять же слухи и сплетни, запущенные, чтобы отвлечь внимание от моих разбирательств с руководством Краснодарского края и «Единой Россией». В это жилье я много сил вложила, судебный процесс по квартире после моего расставания с известным человеком три года шел, поэтому она реально мне дорога.

— Читал, вы имеете какие-то претензии к церкви, а особенно вас не устроило то, что некоторые ее представители требуют ввести для женщин особый дресс-код...

— Могу сказать, что к церкви претензий у меня нет, — это государственная корпорация, которая называется РПЦ, там свои законы и методы, просто вопросы религии и политики для меня разнятся. У нас же, да и у вас тоже, все перемешалось, идет борьба русской и украинской церквей. Что они делят? Ладно, одни товарищи чего-то не поделили, границы между государствами навели — это политика, хотя люди всегда дружили и будут дружить и границы им не помеха, но церковь-то за что борется?

Моя позиция такова: мы все одному Богу служим, даже не служим, а верим в него, и каждый своим путем идет: кто-то православие выбрал, кто-то — мусульманство, но раз церковь — отдельная корпорация, пускай и существует отдельно.

Об этом я и сказала господину Чаплину, государственному православному чиновнику — даже слов не подберу, как его еще назвать. Знаете, как они сами о себе говорят? Служители культа — это вообще! Если ты культа служитель, так культу своему и служи — чего же в мою жизнь лезешь и в социальную? Мы в России живем, а в Конституции Российской Федерации написано...

— ...«Отделена»...



— Да, отделена церковь от государства! Наша жизнь — светская, а светские законы и церковные — разные вещи, и когда Чаплин начал рассказывать, в чем мне ходить, возмущаться, что в брюках сижу, я сказала ему в программе, которую после моего выхода из «Единой России» в эфир не дали: «Доброе сердце, я сниму брюки, когда вы снимете свою юбку и наденете, как подобает мужчине, брюки». Это было, наверное, слишком резко, но потом говорила конкретно: «Вы в своей этой корпорации разберитесь, а то у вас в церкви одна свечка три рубля стоит, другая — 70, а третью, которую в Москве продают за 300, я покупаю в Краснодаре за 15, и беру там 15 свечек сразу, чтобы привезти домой и во время концертов в других городах ставить. Вы приставлены, чтобы быть проводником наших молитв к Богу? Так что же за каждое слово, за имя в записке деньги берете? Один сорокоуст в Москве две с половиной тысячи рублей стоит — около 100 долларов: это нормально?».

— В Москве жизнь дорогая...

— А в Хабаровске, где я недавно была, какая? Самая дешевая свечка там 70 рублей стоит — два с половиной доллара: разве это нормально — для набожных-то старушек? Свечки — безотходное производство: переливается воск. Не знаю, есть у вас такое или нет, а вот в некоторых российских храмах даже не разрешают свечку зажечь: «Вы поставьте, у нас будет служба, мы сами зажжем», а поскольку я в храм прихожу часто, сижу иногда на скамеечке, молюсь и вижу, как бабушка, когда люди вышли, сгребает эти свечки и обратно кладет — продавать.

— Обо всем остальном мы уже умолчим...

— Про нефть, алкоголь...

— ... табак...

— Церковь же и туда запустила лапы, и вопрос не в том, против я или нет, — я не собираюсь закрывать или открывать кому-то глаза...

— Где, типа, справедливость?

— Дело даже не в ней. Дорогие служители культа, сидите и занимайтесь своим беспределом, но не имейте наглости лезть в светскую жизнь, да еще указывать, в чем нам ходить!

— Завидуют вам, Настя, сильно?

— Очень, но ничего страшного.

— Мужики, наверное, еще больше, чем женщины?

— Да, и вот вам пример маленький. Когда вышла из партии, мне половина Государственной Думы sms-ки прислала: «Анастасия, какая вы смелая! Мы бы тоже так поступили, но не можем», хотя вслед за мной многие уже от письма против Ходорковского отказались. Вернее, даже не отказались — просто согласились с тем, что это был настоящий обман.

— С Ксенией Собчак, уже упомянутой, вы когда-то дружили...

— Знаете, мы никогда ни подругами не были, ни врагами, просто конфликт со мной Ксении был выгоден. Опять же сработало чувство зависти, какие-то, может, комплексы...



— Она умная барышня?

— Очень — не тем просто пошла путем. Могла бы серьезную карьеру сделать — если не политика, то дипломата, которым хотела стать, но ей конфликты с известными людьми на руку: не только со мной — с разными личностями, а по отношению ко мне у нее какой-то особый был негатив. Может, связанный с тем, что в детстве она хотела стать балериной и даже в училище занималась — это ее несбыточная мечта.

У меня есть то, чего у Ксении нет и никогда, возможно, не будет, хотя искренне желаю, чтобы было. На сегодняшний момент я знаю, что такое быть любимой мужчинами — не жить с ними, а быть любимой, знаю, что такое быть счастливой женой и мамой. Ксения, например, не любит детей, открыто говорит, что их ненавидит, а я люблю — понимаете, у нас с ней разные жизненные ориентиры...

После интервью, которое я дала журналу «ОК!», и дискуссии в радиопрограмме «Серебряный дождь» она сказала: «Настя, это у тебя ситуация такая — ходишь, как по лезвию бритвы: шаг влево, шаг вправо — все, оступилась, а мне терять нечего, я ниже плинтуса не упаду». Сейчас ей пытаются как-то исправить, выровнять имидж...

— Зачем?

— Она понимает: нельзя все время на скандальности выезжать, это никому уже не интересно.

— В политику Ксения, на ваш взгляд, пойдет?

— Не знаю. Пойти она может куда угодно, но как ее будут воспринимать?

— «Собчак, — вы сказали, — просто больной человек, паразитирующий на моей славе»...

— Ну, наверное, так это и было. Мне все равно, чем она будет заниматься, — в отличие от Ксении я не слежу за ее жизнью и деятельностью: на это у меня времени нет, я занимаюсь своим делом, мне много нужно успеть. Во-первых, концертную продвигать программу — в ней я оставила формат своего шоу, которое интересно везде. Могу и на корпоративе станцевать, и в этой комнате, и на Майдане, и в Кремле, и в каком-то театре маленьком... Во-вторых, передо мной задача стоит открыть сеть творческих школ, в-третьих, нужно вокальный альбом записать и диск детских песен с Ариадной и музыкальным ансамблем «Домисолька»...

— Вы же поете...

— Пою теперь, понимаете? Нужно, одним словом, много хороших дел сделать, создать интересные, значимые проекты, поэтому следить за тем, что делает Ксения Собчак, увольте, не буду.

— Вы замечательно выглядите, а как за собой ухаживаете? Прежде всего это гены или что-то другое?

— Да нет, это моя душа, мое творчество — творческие люди обычно молодо выглядят на протяжении долгих лет. К косметологу я не хожу, потому что не имею на это времени, и хотя, с одной стороны, завидую женщинам, которые могут в салонах красоты...

— ...расслабиться...

— ...целый день валяться, с другой — это настолько скучный образ жизни! Я знаю, что женщины, которые так вот валяются, могут хорошей, белой завистью завидовать мне, потому что у меня есть свое дело.



— Дело — понятно, а диета у вас имеется?



— Я приняла очень легкий режим питания: ем раз в день, обычно вечером.

— Да?

— Как правило. Считается, что вечером это вредно, а я утром не ем, потому что перед балетными занятиями позволить себе вообще ничего не могу. Даже если немножко перекушу, кажется, что съела слона, к тому же человеческий организм может направлять энергию на что-то одно — либо на переваривание пищи, либо на физический труд. Мне второе важнее: работаю по пять часов в день.



— Это правда, что вы очень любите баню?

— Русскую: это, наверное, секрет не то чтобы молодости, но моего тонуса — баня и ледяная купель.

— Как часто в бане бываете?

— Четыре раза в неделю стараюсь париться. К счастью, баня у меня дома — дом мы снимаем, но там русская баня, дровами топится — очень быстро, за час. Если в 11 вечера приезжаю, два-три раза туда захожу, а полноценный процесс парения достаточно продолжительный.

— Ваш отец был чемпионом Советского Союза по настольному теннису...

— ...верно...

— ...а сами играете?

— Нет. Папа очень хотел, чтобы я теннисисткой была, мама тоже играть умеет (они, в общем-то, и познакомились на чемпионате), но я избрала свой путь. Учитель физкультуры прочил мне карьеру чемпионки мира по легкой атлетике, и, вы знаете, не зря, потому что выносливость, которая у меня есть (я же 10 хореографических номеров танцую, концерт два часа длится, и таких выступлений могу дать пять подряд!), говорила сама за себя и свидетельствовала, что силы мне пригодятся.

— Ваша мама — гид-экскурсовод по Санкт-Петербургу, а вы хорошо Питер знаете?

— Очень. 23 года там прожила и благодарю этот город за стать, аристократизм и воспитание, которые он мне дал, — с этим только в Петербурге можно родиться.

— С мамой у вас, насколько я знаю, отношения были непростые...

— В определенный промежуток времени, и связано это было с тем, что мама придумала мою отдельную, независимую от кого бы то ни было концертную деятельность, оставила свою работу и стала одновременно и продюсером, и директором, и администратором. Она создавала мне все — от афиш до концертных программ, организовывала выступления, не имея понятия, как это делать, и в какой-то момент у нас наступил период отношений не мамы и дочери, а артиста и директора.

— Вы даже как-то обмолвились: «Поражаюсь, как мой бывший муж мог терпеть мою маму!»...

— Это правда, у них вражда была, причем у мамы к Игорю. Муж в основном благосклонно к ней относился, лишнего себе не позволял и терпел неприятные слова в свой адрес, но сейчас у них мир, дружба, жвачка...

— ...труд и май...

— Да (улыбается). Я уезжаю — Игорь поит маму вином, готовит ужины...

— Меня умиляет реклама шоколада, в которой вы недавно снялись...

- «Поцелуй меня в пачку!» (смеется).


С родителями — Тамарой Владимировной и Юрием Федоровичем и дочерью Ариадной

— Кто этот слоган придумал?

— Рекламное агентство, которое продвижением ролика занималось и вообще креативом. Когда я приехала на съемки в Канаду, от этой идеи сперва отказалась — не верила, что люди поверят, будто я ем шоколад, но сама идея ролика...

— ...прекрасна!

— Балерина, баскетболисты, мячи, корзины, асфальт — мне показалось, это супер, правда, когда услышала фразу: «Поцелуй меня в пачку!», подумала, что в эфир такую рекламу никто не возьмет — это же что-то типа: «Да пошел ты...», а в итоге фраза стала крылатой, ее даже дети знают. Этим телепродуктом я настолько была восхищена, что в своем концертном шоу в Кремле сделала инсценировку ролика с акробатическим балетом и баскетболистами и сохранила номер в своей программе.

— Вы выпустили автобиографию под названием «История русской балерины», запели, в том числе вместе с дочкой, а я еще знаю, что мечтаете сыграть в кино русскую царицу. Какую?

— Ну, наверное, Екатерину Великую — это моя стезя, этой героиней я восхищаюсь. Главное, чтобы фильм был с высококлассным сценарием, режиссером продвинутым и актерами сильными, — тогда будет качественная картина. Верю, что это обязательно в моей жизни случится, а почему царицу? Мне всегда хотелось сыграть сильную русскую женщину, может быть, даже властную, а императрицу Екатерину в балете «Русский Гамлет» танцевала, который поставил Борис Эйфман, и считаю, что это замечательный образ.

— Задам вам последний вопрос — может, парадоксальный и для вас неожиданный. Планируете ли вы баллотироваться на пост президента России?

— (Смеется). Сразу скажу: нет! Не сейчас!

— И многие вздохнули в этот момент с облегчением...

— Вместе с тем, зная мою одиозную натуру, могу совершить очень неожиданные шаги — правда, не в направлении президентства. Считаю, к примеру, что в предвыборной борьбе могу стать хорошим партнером — не клоуном, который твердит: «Здравствуйте, голосуйте за того или за другого!» — могла бы помочь именно делом и уверена, что свое слово в политике обязательно скажу. Просто не сейчас — не время еще!

— Благодарю вас за удовольствие от того, что, оказывается, женщина может быть не только красивой, но и умной: ну надо же...

— ...с кем вы общались, да? (Хохочет). Ну я же блондинка, правда, вы знаете, блондинки — это такие странные женщины, которые красят корни волос в черный цвет.

— Хочу пожелать вам успехов в творчестве...

- (Перебивает). Да любви пожелайте!

— А это у вас и так, по-моему, есть — вы вся светитесь...

— Вот этого и вам, и всем читателям вашим желаю!

--------------------
Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана
Перейти в начало страницы
kuki
3 августа 2011 00:34
Сообщение #95

Группа: КиноЗвезда
Ответов: 6368
Регистр.: 10.09.2009
ICQ: --

31 июля всенародно любимой артистке исполнилось бы 90 лет



Людмила ГРАБЕНКО

Любовь Соколова не играла главных ролей, режиссеры не ставили свои картины «на нее», тем не менее советское кино просто невозможно представить без этой актрисы. Соколова сыграла в нем более 300 ролей: ее имя даже внесено в Книгу рекордов Гиннесса за это достижение. «Повесть о настоящем человеке», «Тихий Дон», «Путь к причалу», «Живые и мертвые», «Я шагаю по Москве», «Берегись автомобиля!», «Печки-лавочки», «Белорусский вокзал», «Ирония судьбы, или С легким паром!», «Белый Бим Черное ухо», «Цыган», «Вам и не снилось...», «Самая обаятельная и привлекательная» — даже эпизоды в этих фильмах, которые сейчас называют культовыми, она сделала незабываемыми.

За создаваемые в кино образы простых, но очень добрых женщин ее называли «всесоюзной киномамой» или «мамой Любой». А вот ее собственная личная жизнь складывалась трагически: первый муж актрисы умер от голода в блокадном Ленинграде, второй — знаменитый кинорежиссер Георгий Данелия — оставил ее после 30 лет совместной жизни ради другой женщины. Единственный сын — талантливый актер, режиссер, художник и поэт Николай Соколов-Данелия — погиб при невыясненных обстоятельствах. Всю свою нерастраченную любовь и нежность актриса отдавала внучке Маргарите, многочисленным подругам и просто чужим людям, если они нуждались в ее помощи.

О Любови Соколовой рассказывает ее подруга актриса Любовь Омельченко.



— Любовь Дмитриевна, как вы познакомились с тезкой Любовью Соколовой?

— Это было на первой в моей жизни картине — «Сердце Анны», в которую среди прочих актеров были приглашены Любовь Сергеевна Соколова и Николай Олимпиевич Гриценко. О таких партнерах я, юная дебютантка, могла только мечтать!



Снимали мы в деревне под Костромой, где жили все вместе, большой коммуной. Впоследствии я спрашивала у Любы, которая стала для меня и матерью, и сестрой, и подругой, за что она меня полюбила. И она все время вспоминала историю с трехлитровой банкой молока.

Питались мы тоже вместе. И вот как-то сели за стол, Люба крикнула хозяйке:
«Баб Маш, давай молоко!». Та принесла банку, отдала ее Соколовой из уважения — она уже тогда была заслуженной артисткой, а та протянула мне:
«Пей!». И я эти три литра, рассчитанные на всю съемочную группу, выпила... за раз. А потом еще и пятерней промокнула капли, которые попали на одежду.

— Лихо!

— Ну, такая я тогда была — провинциалка из Луганска, снаружи большая и взрослая, а внутри наивная, да еще и маминого монастырского воспитания — в длинной юбке, которую все время старалась натянуть еще ниже.

В общем, когда я поставила пустую банку на стол и посмотрела вокруг, оказалось, что съемочной группы просто нет — все легли от хохота. У Любы живот от смеха качался складками, а Николай Олимпиевич вообще в траву упал. Как Люба мне потом говорила, в тот момент она поняла, что у меня есть и характер, и упорство, и сила воли, а она такие качества в людях уважала.


С Владимиром Ивашовым в фильме Григория Чухрая «Баллада о солдате», 1959 год

— А чем же Любовь Сергеевна вас покорила?

— Это уже другая история — о ресторане. В то время на съемочную площадку не принято было привозить готовые обеды для артистов, поэтому покушать ходили в ближайшую точку общепита. Пришли мы в ресторан, Николай Олимпиевич тут же заказал себе мяса, икры и водочки. А Люба громко спрашивает меня:
«Что есть-то будем?» — в жизни в отличие от экрана она всегда окала, так как родом из Иванова. А я только молчала и теребила в руках свой морщинистый кошелек, в котором было пусто: постановочные за картину мне еще не выплатили, а до стипендии оставался почти месяц. Да и не сильно она бы мне помогла: я получала всего 20 рублей, а комплексный обед стоил целых шесть. Вот я и пропищала:
«Будем чай пить!».
«Чай — это потом, — отрезала Люба, — есть-то что будем?».


С Евгением Леоновым в культовой картине Андрея Смирнова «Белорусский вокзал», 1970 год

Видимо, сообразив, в чем дело, Люба заказала для нас обед, потом положила свою руку поверх моей и сказала:
«Не беспокойся, потом отдашь». И такая у нее была рука — большая, теплая, натруженная, — как у моей мамы. А я, помню, когда уезжала из дома, все спрашивала:
«Мам, как же я буду без тебя и без любимой тыквы?». Она мне тогда ответила:
«Все дети, доченька, рано или поздно из родного дома уезжают, а тыкву я тебе в банку положу». Так что я приехала поступать в Школу-студию МХАТ с банкой тыквы, как Фрося Бурлакова... В общем, Люба, как мама, стала меня опекать и защищать.


«Джентльмены удачи», 1971 год

— Было от кого?

— Ко мне неожиданно воспылал чувствами Николай Олимпиевич Гриценко. Он так и сказал:
«Эта девочка — моя лебединая песня!». Вскоре первоначальное желание просто развлечься переросло у него в серьезное чувство — он даже венчаться хотел! А однажды мы с Любой увидели, как он в местном универмаге выбирает ползунки... Многие в группе мне тогда выговаривали:
«Что из себя строишь?! Такой человек тебя замуж зовет, а ты выпендриваешься!». И только Люба, понимая, что я еще не готова к семейной жизни, да еще и с таким взрослым человеком, всегда была на моей стороне.


В картине Георгия Данелии «Тридцать три» Любовь Сергеевна снялась с сыном Колей, 1965 год

Не расстались мы с ней и потом, когда закончились съемки и началось озвучание. Я неопытная была, не понимала толком, что такое синхронность. Люба взялась меня учить, а вместо этого вдруг рассказала уникальную историю из своей жизни — как ей во время ленинградской блокады явился Николай Чудотворец.


Георгий Данелия со своей нынешней женой Галиной

— ?!

— Тогда на руках у Любы, только что похоронившей свекровь, которую она очень любила, умирал от голода муж.
«Он очень хотел есть, — со слезами на глазах рассказывала мне она, — а в доме ни крошки. И тут кто-то принес крысу. Как же мне хотелось ее съесть! Но я отдала ему, чтобы он жил. А он проколтнул (именно так она сказала. — Л. Д.), вздохнул и умер». Люба после этого встала и пошла куда глаза глядят.

Сколько она так брела, не помнит, дошла до какой-то остановки, никому в то время не нужной, — транспорт-то не ходил. Слаба была настолько, что не могла даже голову поднять. И вдруг слышит голос: «Что, мужа схоронила?». Посмотрела — напротив старик стоит, на палку опирается и говорит:
«Ты сейчас думаешь о тех людях, которые, когда все вокруг голодают, едят и пьют? Не беспокойся, они скоро умрут. А ты будешь жить долго-долго, и тебя будут любить миллионы».
«И вдруг, — вспоминала она, — догадка, как спица, вошла мне в правый висок и вышла через левый:
«Да это же Николай Чудотворец!». Она снова подняла голову, но старика того уже не было.

Когда ее просили рассказать эту историю в интервью или на телевидении, она всегда звонила мне:
«Любка, я ее уже плохо помню — расскажи, как я тебе в первый раз рассказывала!».

— Вы с ней часто виделись?

— Она неожиданно могла позвонить и спросить:
«Чего не звонишь-то?».
«Как это, — удивлялась я, — ведь только вчера разговаривали!». — «Да? — отвечала она. — А мне казалось, что мы так давно не виделись».


Лидия Федосеева-Шукшина, Наина Ельцина, Любовь Соколова и Ирина Мирошниченко на встрече в Кремле, 1994 год.

Помню, снимаясь в Китае, я купила ей изумительно красивую брошь. Через несколько дней она звонит:
«Приходи ко мне, я соскучилась. Только извини, я не прибранная — в халате». Прихожу, а она при полном параде, в белой блузке, к которой приколота подаренная мной брошь. Улыбается:
«Иди, ручки помой!». А сама впереди меня бежит.
«Так дай же мне, — говорю, — пройти».
«Сейчас, сейчас, — отвечает, — я только в ванной найду положение крана». Это значит, надо крутить его так, чтобы вода из него лилась вниз, а не брызгала во все стороны.

В ее маленькой однокомнатной квартирке на пятом этаже не было ничего, что работало бы исправно. Чтобы помыть руки, нужно было «найти положение крана», чтобы сходить в туалет — «положение унитаза».

Как-то, придя к ней в гости, я увидела огромный букет, который занимал практически всю квартиру.
«Что это?» — спрашиваю.
«А, — отмахнулась она, — Наинка Ельцина подарила». А Ельцин тогда как раз был президентом. Я ей говорю:
«Ты бы попросила свою Наинку, чтобы она тебе вместо дорогущего букета, который стоит, наверное, тысячу баксов, поменяла в ванной кран, который стоит всего 100».

После церемонии с мытьем рук Люба предлагала мне:
«Давай вмажем!». Приносила бутылку кагора и цедила его в рюмки по капле, как валокордин. Она, кстати, и колбасу резала тоненько-тоненько, по миллиметру, вообще очень бережно относилась к продуктам — сказывалась блокадная молодость. За такой рюмкой мы с ней целый вечер и сидели. Иногда пели, Люба особенно любила песню «Враги сожгли родную хату». Бывало, затянет ее и плачет. Впрочем, она и матерных частушек много знала, но они у нее получались не грубо, а весело, это просто была часть ее естества.


«Ирония судьбы, или С легким паром!», 1975 год

— А какие отношения связывали Любовь Сергеевну с Ельциной?

— Насколько я знаю, они дружили. Может быть, не так близко, как мы с ней, но Наина очень любила Любу. Помню, как-то нас с ней позвали на прием в Кремле, посвященный празднику Веры, Надежды и Любови: Любу — как известную актрису, меня — потому что я много лет помогаю детским домам. После официального приема был банкет, который традиционно проводится на нескольких ярусах, — чем выше ярус, тем почетнее гости.

Нам с Любой дали пригласительные на самый верхний этаж, где были Наина Ельцина, Патриарх, дипломаты. Вошли мы туда, Наина ее увидела и помахала рукой:
«Любовь Сергеевна!».
«Ой, — обрадовалась она, — Наинка!». И пошла к ней через все кордоны охраны, и эти здоровенные парни — я такого никогда не видела! — просто расступились перед ней, не сказав ни слова. Как будто шла блаженная, к которым на Руси всегда было особо почтительное отношение.

Бросилась она Наине на грудь, та тоже ее целует, а Люба поворачивается и через весь зал кричит мне:
«Любка, иди сюда, я тебя с Наинкой познакомлю!». Подхожу, Соколова жене президента говорит:
«Знакомься, это моя подруга Любка!». А сама делает Ельциной руку бубликом, с одной стороны продевает ей мою руку, с другой — свою, так, что Наина Иосифовна оказывается между нами, и говорит:
«Ты стоишь между двумя Любками, загадывай желание!».

— Похоже, Любовь Сергеевна была совсем не пафосным человеком!

— Это еще что! После этого пошли мы с ней к столам, которые буквально ломились от всякой снеди. Люба говорит:
«Давай поедим, что ли? Когда еще такое изобилие увидим?». Через какое-то время она вдруг меня спрашивает:
«А где твоя большая сумка?» — и показывает размеры — метр на метр, я с такой всегда ходила, чтобы в случае чего все поместилось.
«Куда же с ней, — говорю, — на прием? Я культурно, с маленькой пришла!».

Проходит мимо какой-то дипломат, она его останавливает и спрашивает: «Сыночек, у тебя сумки нет?». Он подозвал официанта, а обслуга там вся красивая, видная, как Киркоров. Тот куда-то ушел и минут через 10 принес роскошные белые салфетки с вензелями. И знаете, что сделала Люба? Она двумя руками сняла с подставки огромного осетра — целиком! — и завернула его в эти салфетки. Причем сделала это не воровато, а открыто и совершенно спокойно. Потом вытерла одну руку о другую, как дети стряхивают песок, и говорит мне:
«Ну что, пойдем?».

Начали мы с ней спускаться вниз. Вдруг видим, что на площадке между эскалаторами стоит мальчик, который просто врезался мне в память, потому что он был очень бледный.

Люба остановилась:
«Сыночек, что же ты такой бледный?». Оторвала кусок осетра, завернула его в салфетку с вензелями и говорит:
«На, поешь!». В общем, пока мы с ней на первый этаж спустились, она раздала первым встречным все, что унесла с банкета. И в руках у нее остались только салфетки. Она скатала их в комок, засунула за одно из роскошных зеркал в фойе, снова вытерла одну руку о другую и спросила меня:
«Идем домой?».

— Она ведь была одинока?

— Гражданский муж, знаменитый режиссер Георгий Данелия, прожив с ней почти 30 лет, ушел к другой женщине. Точнее, ушла сама Люба, когда он ей сказал об этом увлечении, — просто собрала вещи в чемодан и переехала жить к маме. У него и до этого были романы.

Помню, как Люба обиделась на меня за то, что я не выгнала из дома писательницу Викторию Токареву (у нее в то время как раз были романтические отношения с Данелией), когда та пришла к моему мужу — киносценаристу Евгению Митько (автор сценария фильма «Бумбараш». — Авт.). Ну а тут они и вовсе расстались.

А потом убили сына Колю, который был для Любы всем — она его очень любила. Никто доподлинно не знает, что там произошло, просто его с еще одним парнем нашли мертвыми. Ему было всего 26 лет.


С Татьяной Пельтцер в фильме Ильи Фрэза «Вам и не снилось», 1980 год

Как она это пережила? Только с Божьей помощью. Люба часто ставила меня к окну, давала блокноты со стихами своего сына и просила читать вслух. А сама садилась, подпирала голову рукой, слушала и плакала. Для меня это было настолько сильным испытанием, что со временем я начала придумывать отговорки:
«Знаешь, что-то у меня уже зрение не очень, я не вижу ничего».

— Ей совсем никто не помогал?

— Мир не без добрых людей. Помню, как-то прихожу, а у нее в кухню не пройти — все загорожено коробками с каким-то маслом. Спрашиваю, что это такое, а она отвечает:
«Да вот, пришел какой-то человек, говорит:
«Любовь Сергеевна, я вас так люблю!». И принес эти коробки с маслом. А на что мне столько? Возьми ящика четыре». Я увидела, что масло подсолнечное, и говорю:
«Я-то кукурузное люблю!». Она вдруг так горько расплакалась, что я испугалась:
«Возьму я твое масло, только не плачь!».

— Правда, что она звонила вам за несколько дней до смерти?

— За три дня. Сразу спросила:
«У тебя есть бумага и карандаш? Возьми и пиши». Я рассмеялась: «Говори, я еще не в маразме и так запомню». Но вижу, что она юмора не принимает:
«Чего споришь-то? Сказала же, пиши. Это важно». И диктует: «Солнышко ты мое, красавица ты моя, родная моя — поставь три восклицательных знака. Я так тебя люблю — поставь еще восклицательные знаки».

Эта бумажка так и осталась у меня на журнальном столике в гостиной. Через три дня кто-то из знакомых позвонил и спрашивает:
«А ты знаешь, что твоя подруга умерла?». Я судорожно начала перебирать в уме всех своих подруг, кроме Любы, а сама все смотрю на эту бумажку. Спрашиваю:
«Кто?».
«Да Любка Соколова!». Первое, что мне пришло в голову: «Не может быть, вон ведь бумажка ее у меня лежит».

Похоронили мы Любу в ее любимом платье, было у нее такое — зеленое, с белым воротником. Все остальные ее вещи я отдала в липецкий музей, в том числе и ее платье, в котором она играла Машу в «Трех сестрах» — это была ее любимая роль.

— Вы ведь уже после смерти Любови Сергеевны озвучивали ее в ее последней картине?

— Можно сказать, что наша дружба началась с озвучания, им же все и закончилось. Любы не стало на Троицу, 6 июня 2001 года, — она буквально месяц не дожила до своего 80-летия. А в мае Соколова сыграла в фильме «Сыщик с плохим характером» у режиссеров Владимира Панжева и Андрея Хорошева.

Когда встал вопрос, кто будет ее озвучивать, решили, что это по силам только мне, голоса у нас — один к одному. Я за свою жизнь кого только не озвучивала — и Софи Лорен, и Клаудию Кардинале, а ее не могла. Даже духовному своему наставнику звонила, благословения спрашивала. Когда я пришла на Киностудию имени Горького и увидела ее на экране, поразилась: в ней было столько боли! И когда я говорила за нее, то слышала, что вся группа плачет...

--------------------
Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана
Перейти в начало страницы
kuki
15 августа 2011 22:45
Сообщение #96

Группа: КиноЗвезда
Ответов: 6368
Регистр.: 10.09.2009
ICQ: --

3 августа известному актеру и режиссеру Николаю Бурляеву исполнилось 65 лет



Сегодня он — народный артист России, лауреат многочисленных премий, основатель и президент Международного кинофестиваля «Золотой витязь». На его счету картины, за которые иной актер отдал бы полжизни: «Иваново детство», «Игрок», «Андрей Рублев», «Служили два товарища», «Маленькие трагедии», «Военно-полевой роман», «Мастер и Маргарита».

Когда ему было всего 11 лет, он вместе с братом пришел на пробы в картину «Урок истории». Увы, роль досталась брату, и огорченный Коля поклялся навсегда забыть о кино. Однако два года спустя он встретил на улице выпускника ВГИКа Андрея Кончаловского, который как раз собирался снимать дипломную работу «Мальчик и голубь».

Позже режиссер скажет, что у Коли было именно то лицо, которое он так долго и безуспешно искал. Кончаловский же порекомендовал Бурляева своему другу Андрею Тарковскому, раздумывающему над возможностью съемок «Иванова детства». В 1962 году на кинофестивале в Венеции обе картины получили по «Льву Святого Марка», а два Андрея назвали Бурляева своим талисманом.

Людмила ГРАБЕНКО


Фото «РИА Новости»

— Николай Петрович, как правило, дети-актеры надолго в кинематографе не задерживаются, но вы — счастливое исключение...

— Прежде всего это, конечно, судьба. Я изначально предполагал, что у меня и должен быть именно такой, длительный профессиональный полет. А что для этого нужно? Во-первых, предъявлять как можно больше претензий к себе и как можно меньше — к окружающим. Во-вторых, вести здоровый образ жизни. Поскольку я жил в артистической, богемной среде, меня не обошли стороной так называемые вредные привычки — и пил, и курил.

Кстати, первым, кто предложил мне выпить, был Владимир Высоцкий. Это случилось после проб на фильм «Иваново детство», которые мы оба проходили и где подружились. Мы тогда вышли с ним с киностудии, еще не зная, что меня утвердят, а его — нет.

Решили немного прогуляться, дошли до Сада Эрмитаж, где и зашли в кафе. Володя заказал бутылку «Шампанского» и налил мне мой первый в жизни бокал. Я был очень горд, потому что показался себе тогда уже совсем взрослым, а мне было всего 14 лет, да и Володе от силы года 23. Но я очень быстро понял, что если буду пить и курить, то уйду из жизни так же быстро, как мои друзья Высоцкий и Даль. Так что секрет долголетия в профессии — это еще и строжайшее самоограничение.


С Андреем Тарковским на съемках «Андрея Рублева».

Ну и, в-третьих, надо быть готовым к тому, что тебя не всегда будут снимать. Кинематограф поначалу возводит на пьедестал, прославляет, а потом о тебе просто забывают. Как жить в годы забвения — самый главный вопрос, на который надо себе ответить. Тут не выдерживает и психика взрослого человека, что уж говорить о ребенке.

— Почему вас не снимали?

— После фильма «Игрок» пять лет действовал негласный запрет Госкино СССР. Кстати, вместе со мной в черный список попали такие замечательные актеры, как Ролан Быков и Инна Чурикова. Считалось, что у нас несоветский тип внешности и мы не вписываемся в типажи строителей коммунизма. Ну а после фильма Юрия Кары «Мастер и Маргарита», где я сыграл Иешуа Га-Ноцри, уже в течение 17 лет отказывался почти от всех предложений. Думал: «За что я еще могу взяться после такой роли?».

— Как вы выживали в такие времена?

— Несмотря на то что из 52 лет актерской деятельности я 27 был не у дел, как такового творческого простоя у меня не было. Я всегда находил себе занятие. Уже будучи актером, хотел быть режиссером, и пошел по этому пути, снял фильмы «Лермонтов», «Пошехонская старина», «Все впереди».


В роли Вани в картине Андрея Тарковского «Иваново детство», 1962 год

Еще в юности мечтал стать поэтом и писателем, и теперь я автор двух книг. Сейчас готовится к выпуску мой трехтомник, куда войдет все, написанное за эти годы, — поэзия, проза, публицистика, воспоминания о людях, с которыми в разные периоды моей жизни мне посчастливилось идти рядом.

— Первым в этом списке, наверное, значится имя Андрея Тарковского?

— Первым моим режиссером был Андрей Кончаловский. Потом я работал в Театре имени Моссовета с учеником Станиславского и Вахтангова Юрием Александровичем Завадским. Моими партнерами по сцене были Мордвинов, Марецкая, Орлова, Плятт, Саввина. В кино я снимался у таких режиссеров, как Кулиджанов (мой учитель по ВГИКу), Мельников, Бондарчук, Тодоровский, Герман. Но Тарковский, конечно, величайший режиссер мира, я бы даже сказал, режиссер номер один.

Кустурица рассказывал, как по многу раз прокручивал на своем монтажном столе «Андрея Рублева» — учился режиссуре. В такой безбожной стране, как Советский Союз, Тарковский, человек верующий, пел Божью песню.


Звонарь Бориска, «Андрей Рублев», 1966 год

Для отечественного и мирового кинематографа он стал, как я говорю, Андреем Первозванным — первым начал возводить нашу душу к божественным истокам. И вот ведь парадокс: те же Бергман и Феллини, живя в свободном мире, все дальше и дальше отходили от Бога, а Андрей, живя в мире коммунистическом, не только сам приближался к нему, но и показывал дорогу остальным.

— Говорят, он был человеком противоречивым?

— Он был разным. Андрей подарил мне мой первый в жизни крестик, и я молюсь за него каждый день утром и вечером. Но он мог быть и жестким, даже жестоким (ради художественного замысла мог заживо сжечь в кадре корову или сломать спину лошади) и одновременно очень внушаемым. Меня всегда удивляло, что он верил явной лжи о своих близких.

Наши с ним отношения окрепли после «Андрея Рублева», но именно на этой картине переломилась надвое жизнь Андрея: светлый, солнечный период, который был до этого, остался где-то во временах «Иванова детства». Появилось окружение, «благодаря» которому он стал другим. Внешне вроде бы оставался все тем же, но внутренне его все дальше и дальше уводили от всех нас — от его первой замечательной жены Ирмы, от друзей — оператора Юсова, с которым он сделал лучшие свои фильмы, меня, Бондарчука, да даже от собственной матери, с которой он не общался в течение трех лет.

— Под окружением вы прежде всего подразумеваете вторую супругу Тарковского — Ларису Кизилову?


С Натальей Андрейченко в фильме Петра Тодоровского «Военно-полевой роман», 1983 год

— Он встретил ее на «Рублеве», где Лариса работала ассистентом режиссера. Она ограждала его от всех нас, постоянно нашептывая ему что-то — причем в ход шла любая ложь. Помню, как я, будучи на «Мосфильме», узнал, что Андрей снимает «Солярис», и решил зайти на площадку, чтобы обнять друзей — Юсова, Солоницына, Гринько и, конечно же, самого Андрея.

Поздоровался со всеми, иду к нему и вижу, что он какой-то чужой, отстраненный, и глядит на меня как-то недобро — желваки играют, холодом от него веет. «Андрей, — говорю, — в чем дело?». Он в ответ вспылил: «Ты еще спрашиваешь?! А что ты говорил обо мне тогда-то, в таком-то доме таким-то людям?!». Стали выяснять, что к чему, и оказалось, что я не только никогда не был в том доме, но и с этими людьми вообще не знаком. «И ты, — удивился я тогда, — зная меня столько лет, мог в такую чушь поверить?». Он в ответ только виновато промолчал.

— Такие истории у него были со многими людьми?

— В том числе и с Сергеем Федоровичем Бондарчуком, который много помогал Тарковскому, а когда тот был в простое, даже взял в свое творческое объединение. Они тогда подружились и даже хотели вместе снимать фильм о Достоевском. И вдруг Андрею стали нашептывать: «Бойся Бондарчука, он страшный человек, он украдет твои идеи и выдаст их за свои!». Капали, капали на мозги, и в результате Андрей с Сергеем Федоровичем разошлись.


«Первым моим режиссером был Андрей Кончаловский».

В 1983 году, когда Андрей уже жил за границей, они встретились на Каннском кинофестивале, где Бондарчук был членом жюри, а Тарковский представлял свою картину «Ностальгия». Лариса сразу же стала внушать Андрею, что Бондарчука прислал КГБ, чтобы не дать ему первую премию.

Сплетня эта живо обсуждалась в Каннах, и Андрей в нее верил. Мне об этом рассказывал очевидец — наш выдающийся кинорежиссер Отар Иоселиани, который живет во Франции.

Отар спросил у итальянской актрисы Марианджелы Мелато, которая тоже была в жюри, что сказал Бондарчук о фильме Тарковского. И она ответила, что Сергей Федорович не говорил вообще ничего — ни хорошего, ни плохого, потому что, если бы он «Ностальгию» раскритиковал, это пошло бы только на пользу и картине, и Андрею.

Когда Иоселиани рассказал об этом Тарковскому, тот повернулся к жене и сказал: «Вот видишь, Лариса, тут другие сведения». На что она тут же ответила: «Нет, я точно знаю — он подослан КГБ». К сожалению, Гран-при Тарковскому все равно не дали, решив, что с него хватит и второго по значению «Специального приза за творчество». Но Андрей слишком доверял этой женщине, и в этом была его главная трагедия.


В своем фильме «Лермонтов», снятом по собственному сценарию, Николай Бурляев сыграл великого русского поэта, вторая супруга Бурляева Наталья Бондарчук — его мать, а их сын Иван — маленького Мишу Лермонтова, 1986 год

— А в чем была трагедия самого Бондарчука?

— В том, что все события, случившиеся в последние годы его жизни, он принял слишком близко к сердцу. Я это знаю, потому что мы с ним часто общались. Печально-известный V съезд кинематографистов СССР, на котором его свергли вместе с Ростоцким и Кулиджановым, стоил ему нескольких лет жизни. Кстати, сейчас точно такой же сценарий свержения лидера применяют и к Михалкову.

Бондарчук был первым, кто попал в мясорубку под названием «демократия» — на самом деле, это просто уничтожение яркой личности серыми людьми. Плюс травля в прессе, которая была тогда очень похожа на то, что происходит сейчас. Только Михалкова клюют за «Утомленных солнцем-2», а Бондарчука поедом ели за «Бориса Годунова».

Помню, как приехал к нему на дачу, и как раз вышла очередная такая статья, написанная покойным нынче кинокритиком Валерием Туровским. Сергей Федорович показал мне газету и спросил: «Видал?». А дело в том, что там досталось и мне, поскольку речь шла о фильме «Лермонтов». Я только кивнул, а он продолжил: «Знаешь, я ее читал, когда был в самолете — летел в Осло на премьеру «Годунова». Так вот, у меня было только одно желание — открыть люк и выйти».

— Наверное, масла в огонь подлила еще и история с экранизацией «Тихого Дона»?

— Это была настоящая драма, поскольку итальянцы, с которыми Бондарчук делал картину, его просто обманули. Он же не глядя подмахнул с ними контракт. Его жена Ирина Константиновна Скобцева просила: «Ты хотя бы прочитай, что подписываешь!».


Бурляев-Га-Ноцри в картине Юрия Кары «Мастер и Маргарита», 1994 год.

Сергей Федорович в ответ только отмахнулся: «Для меня самое главное — возможность снимать, а все финансовые подробности не имеют значения». В результате контракт был составлен так, что его, режиссера, просто отстраняли от заключительного этапа работы над фильмом. Он не имел никакого отношения ни к окончательному монтажу, ни к прокату, который затянулся на долгие годы. Все это — безудержная травля в прессе и трагедия с «Тихим Доном» — и привело к тому, что великий режиссер ушел, не дожив до своего 75-летия.

— «Тихий Дон» зрители увидели только спустя много лет... Точно так же недавно на экраны вышла пролежавшая 17 лет на полке картина Юрия Кары «Мастер и Маргарита», где вы сыграли Иешуа Га-Ноцри. Вы, человек верующий, без колебаний согласились в ней сниматься?

— Если бы мне сейчас еще раз предложили сыграть в этом фильме, я бы отказался. Но тогда был моложе, амбициознее и очень хотел приблизиться к Иешуа Га-Ноцри, прообразом которого, как все мы понимаем, является Иисус Христос.

— Если не ошибаюсь, вам ведь поначалу предлагали совсем другую роль?


Николай Петрович с третьей женой актрисой Ингой Шатовой, дочерью Марией, сыном Иваном и их матерью Натальей Бондарчук
Фото «РИА Новости»

— Режиссер хотел, чтобы я сыграл поэта Ивана Бездомного. Но я пришел на пробы и сказал: «Это не мой материал, я себя в нем не вижу». Он спросил, что бы мне хотелось сыграть, и я ответил: «Есть только одна роль, которую я мог бы сыграть, — Иешуа». Тут же была сделана проба, после которой Кара позвонил мне, поздравил и сказал, что проба была очень убедительной, поэтому нужно приехать и подписать контракт.

— Вы сначала отказались, потом, через год, передумали. Почему?

— «Мастер и Маргарита» — территория Воланда, именно он царствует и в романе, и в фильме. И я пошел сниматься с желанием дать ему бой на его же территории, а это все-таки большая дерзость. В свое время, когда роман только-только был напечатан, я прочитал его и, как и вся наша интеллигенция, был очарован Булгаковым. Он подкупил всех нас еще и тем, что главными героями созданного Мастером романа сделал Христа и Понтия Пилата. Сейчас же мне видно, что вся книга написана с позиций Воланда, и даже линия Га-Ноцри во многом антиевангельская.

Кстати, одним из условий моего согласия было исправление всех этих моментов, чем, как мне кажется, я очистил и совесть самого Булгакова. Перед съемками в Иерусалиме я причастился и был благословлен на эту роль у Гроба Господня. Но все равно, как мне кажется, ничего у меня не получилось.

— Фильм вам не понравился?


Инга Шатова, Николай Бурляев и их дети — Дарья и Илья

— Я видел его трижды, и каждый раз у меня было к нему разное отношение. Вариант, который длился четыре часа, мне ужасно не понравился. Потом, после многолетней паузы, мне показали двухчасовой, и я с ним почти примирился, даже хохотал над тем, как Сергей Гармаш играет роль Бездомного, — это была замечательная актерская работа.

А в третий раз, на недавней премьере, на заключительных титрах я, взяв за руку жену, просто сбежал из кинотеатра. Мне ужасно не хотелось, чтобы, когда зажжется свет, люди подходили и что-то мне говорили. У меня будто пелена с глаз упала, я понял, что в этом романе Воланда не дано победить никому. Не удалось и нам.

— Вы часто изображаете реально существовавших людей, у которых, как, например, у Николая II, сыгранного вами в «Адмирале», была судьба трагическая. Такие роли отражаются на актере?

— Самым непосредственным образом. Поэтому я в отличие от многих актеров отказываюсь от отрицательных ролей. По сути дела, у меня всего одна такая работа — полицайчик в замечательной картине Алексея Германа «Проверка на дорогах». Кстати, я ведь сыграл там почти случайно. Как раз был в творческом простое и полном безденежье, вот и подумал: «Ладно, снимусь у какого-то Германа!». Он тогда был мальчиком совсем, никто и представить себе не мог, что со временем превратится в такого режиссера.

Вообще же, я соглашаюсь только на роли, интересные мне духовно, до которых надо дотягиваться. Ты настраиваешься на образ, читаешь о нем, живешь им, поэтому все хорошее, что было в этом человеке, в результате остается в тебе. Так было с Лермонтовым. Очень хотел сыграть Пушкина, я даже написал о нем сценарий, но не довелось. А еще я так сильно мечтал сыграть Гоголя, что осуществил свою мечту в картине «Лермонтов» — сделал маленький эпизод на балу с самим собой в роли Гоголя. Это вызвало жуткую ярость моих оппонентов.

— Ко всем своим заслугам вы еще основатель и президент международного кинофестиваля «Золотой витязь»...

— Поначалу я и сам не понимал, зачем мне это нужно, ведь, идя против волны, я автоматически попадаю в черный список. Но со временем пришло понимание: кто-то ведь должен это делать. Наверное, самое главное — понимать, что ты поступаешь правильно. Как говорил Александр Невский, «не в силе дух, а в правде».

--------------------
Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана
Перейти в начало страницы
kuki
15 августа 2011 23:11
Сообщение #97

Группа: КиноЗвезда
Ответов: 6368
Регистр.: 10.09.2009
ICQ: --

В декабре 1981 года в своей московской квартире была застрелена 72-летняя Зоя Федорова, любимая народом артистка, лауреат двух Сталинских премий (преступление не раскрыто до сих пор). А в июне 1998-го в психиатрической больнице № 2 имени Олега Кебрикова в подмосковной Добрынихе умерла от цирроза печени всеми забытая Галина Брежнева. Казалось бы, что общего между этими двумя женщинами: советской кинозвездой, сумевшей вернуться на экран после девяти лет во Владимирском централе, и взбалмошной дочкой «дорогого Леонида Ильича», который вынужден был, по его словам, «одним глазом приглядывать за страной, а вторым — за Галочкой»?

Еще недавно на этот вопрос был один ответ — «бриллиантовая мафия» из родственников высокопоставленных советских чиновников, занимавшихся скупкой-перепродажей драгоценностей и антиквариата (Зоя Федорова питала слабость к камешкам от карата и выше, а Галину Брежневу за глаза называли Бриллиантовой королевой). Но московский режиссер и сценарист Виталий Павлов, который снял сериалы «Галина» и «Зоя», считает: все разговоры о причастности популярной артистки и дочери генсека к мафиозным деяниям — миф. А роднит эти две судьбы трагическая женская доля.

По его мнению, тюремные тяготы Федоровой связаны не столько с ее запретной по тем временам связью с американским дипломатом, сколько с ревностью Берии, с которым у Зои был роман. А пьяные загулы Брежневой — свидетельство уязвимости Кремлевской принцессы, ставшей заложницей большой политики и сильных человеческих страстей. «Когда брался за сценарии, а потом и съемки, — признался Виталий Викторович, — у меня была только одна мысль: не торговать чужой жизнью».

Татьяна ЧЕБРОВА


Галина с отцом

— Виталий Викторович, вы сняли 412-минутную «Галину», где нет ни ее пьяных оргий, ни якобы украденных для нее антикварных драгоценностей дрессировщицы Ирины Бугримовой и броши вдовы Алексея Толстого из коллекции Людовика XV — в виде королевской лилии с огромным рубином в центре и 30 бриллиантами в виде лепестков...

— Какой большинство людей представляло дочь Брежнева? Пожилой грузной алкоголичкой, танцующей на столе...

— ...развращенной властью и лестью...

— Уверен, фильм ждали именно об этих отвратительных загулах, но на экране появилась сначала трогательная девочка (сыгравшая ее Елена Плаксина похожа на юную Анастасию Вертинскую), потом красивая женщина с сильными чувствами. Под старость оказавшись в психбольнице (поместила ее туда родная дочь Викуся. - Авт.),она рассказывает пациенткам и медсестрам историю своей бурной жизни, а бывший охранник Брежнева Бронников тайно фиксирует откровения.


С первым мужем Евгением Милаевым

Ему нужны деньги, он хочет продать сенсационные материалы о дочери своего бывшего шефа желтым изданиям, но, узнав Галину ближе, после ее смерти уничтожает видео— и аудиозаписи...

— Представляю, сколько документальных материалов вам пришлось перелопатить: Федеральная служба охраны, близкие, знакомые...

— Конечно, я разговаривал с родственниками и друзьями Галины Брежневой. Ее дочка от первого мужа Евгения Милаева на шоу Андрея Малахова обиженно сказала: «Слышала, к фильму готовились 10 лет — могли бы и со мной встретиться». Виктория Евгеньевна просто забыла, что я брал у нее интервью: у меня есть кассета с пленкой того разговора, его расшифровка. Так что Наталья Хорохорина, играющая Викусю в зрелом возрасте, ни на одно слово от документального текста не отступила.


Галина на пляже, конец 50-х


Виктория Евгеньевна редко общается с журналистами. По слухам, одно время она чуть ли не бомжевала. Отзываются о ней по-разному. Лучшая подруга Галины Брежневой, бывшая акробатка на батуте, Мила Москалева не может простить Викусе, что та сдала мать в клинику и даже не навещала, да еще и поставила ей памятник задолго до смерти. Одному из московских изданий Мила рассказывала, что, получив от Галочки письмо из «желтого дома», сначала не поверила, что та жива, ведь на Новодевичьем кладбище уже стояло надгробье с надписью: «Галина Брежнева». В гневе позвонила Викусе, та пояснила: мол, просто решила сделать надгробную плиту бабушке, а заодно заказала и маме такую же.

Впрочем, не все знакомые семейства Брежневых обвиняют Викторию Евгеньевну в черствости. Многие вспоминают, что мать она любила и очень за нее переживала. Боролась с ее пьянством, пыталась лечить, но та убегала из больниц и заявляла: «Все равно пить не брошу!».


Вальс с отцом

Галина Леонидовна разменяла свою четырехкомнатную квартиру на «трешку» с доплатой. На эти деньги жила. Заводила любовников-собутыльников, устраивала с ними громкие гулянки, потом жаловалась дочери, что ее обокрали. Однажды соседи не выдержали и поставили Виктории ультиматум: «Увози мать куда хочешь». После смерти Галины Леонидовны в спецлечебнице Виктория Евгеньевна разменяла две квартиры (на Кутузовском проспекте и в Гранатном переулке) — не хватало на жизнь. Сама она не работала, еще и у дочки Галочки проблемы со здоровьем. Продала дачу, но, попавшись на удочку квартирным аферистам, осталась и без квартиры, и без денег...

— С разжалованным генерал-полковником МВД Чурбановым удалось пообщаться?

— К сожалению, нет — когда мы делали кино, у бывшего зятя Брежнева уже была болезнь Альцгеймера. (В начале нынешнего года, как сообщают московские издания, его парализовало после второго инсульта. - Авт.).

— Арест по подозрению в коррупции и причастности к «Узбекскому делу», суд, шесть лет в нижнетагильской зоне здоровья не прибавляют...

— Когда я спросил Викусю о взятках, которые ему, по слухам, давали, она удивилась: «Зачем?». Какую взятку можно было дать генералу Чурбанову — человеку, у которого было все? Подарки — другое дело (в фильме есть эпизод, когда Галине и Юрию из Узбекистана непонятно кто прислал посылку: среди роскошных персиков и гроздей винограда лежала толстая пачка купюр). А если кремлевская принцесса выбирала в магазине приглянувшуюся вещь и спохватывалась: «Ой, у меня нет денег», ее уверяли: «Платить не надо, берите так».


Похороны Леонида Ильича Брежнева, ноябрь 1982 года. У гроба — зять генсека генерал-полковник МВД Юрий Чурбанов, дочь Галина, вдова Виктория Петровна и другие

Кстати, дочь Брежневой Виктория считает отчима человеком достойным, да и бывший следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР Владимир Калиниченко уверен: если бы у него были деньги, они должны были бы всплыть после его освобождения в 1993 году.

Однако за 18 лет этого так и не произошло. По словам Владимира Ивановича, не было миллионов и у Галины Брежневой: во время обыска она пила самогон — будь у нее хотя бы часть тех сумм, которые ей приписывает молва, наверняка не скупилась бы на коньяк.

Сейчас Юрий Михайлович с женой Людмилой Васильевной, преподавательницей истории одного из вузов, тихо живут в обычной московской квартире. Ни дачи, ни машины...

— Вы встречались с Людмилой Москалевой, с которой Галина Брежнева была очень близка?


Галина с третьим мужем Юрием Чурбановым и ее брат Юрий Брежнев (до 1986 года — замминистра внешней торговли СССР) с супругой Людмилой на одном из кремлевских банкетов

— Только в телестудии. Показалось, что Мила уже безумна или просто врет (по крайней мере, половина из сказанного — ложь). Характерно, что она и еще одна женщина, приглашенная на программу Малахова, говорили совершенно противоположные вещи. Одна утверждала, что дочь Брежнева была очень доброй, всем помогала, другая — с точностью до наоборот. Причем каждая из них называла себя лучшей подругой Галины Леонидовны (Еще одна приятельница Галины Брежневой Энгелина Рогальская рассказывала: «Галочка вообще ни в чем не замешана! Ей вменяли в вину, что она якобы взяла бриллианты бугримовские. Бугримова богатая была. Как-то она в компании выпивала перед Новым годом, парни, уходя, прихватили у нее выпивку, а она заявила, что украли бриллианты. Когда к следователю вызвали, спохватилась: «Ой, я уже по старости спрятала, а мне показалось, что у меня украли». - Авт.).

А вот с массажисткой Галины Леонидовны, также посвященной в ее тайны, мне пересечься не удалось. Зато получилось - с директором парикмахерской, у которого та работала. Он был одним из последних друзей кремлевской принцессы.

— Близким другом, интимным?


Галина с матерью Викторией Петровной

— Сейчас трудно сказать. Я ему задавал этот вопрос напрямую, от ответа он уклонился (впрочем, насколько я понимаю, плотские утехи для нее тогда уже были не актуальны — ей нужно было просто выпить и выговориться). Зато рассказал забавный случай: «Как-то мы с Галиной приехали к ней, она опрокидывала рюмку за рюмкой и говорила несколько часов кряду. С возрастом дочка стала очень похожа на папу: такие же брови, голос, к тому же она очень точно копировала «дорогого Леонида Ильича». Я терпел-терпел да как запустил в нее табуреткой — больше не мог вынести, что не отпускала меня домой». Он тоже поучаствовал в сериале — сыграл гостя на свадьбе Галины с юным Игорем Кио. Когда снимали тот эпизод, я видел: в его глазах стояли слезы...

— ...каждая капля — по цене «Оскара»?

— Самой большой наградой для меня стали сердечные отзывы о моем фильме дочери Магомаева Марины и самого Муслима Магометовича. Он ведь был чрезвычайно честным, требовательным к себе и другим человеком, большим знатоком кино.

Оказывается, Магомаев перед смертью смотрел «Галину», говорил, что сыгравшая главную роль Люся Нильская очень похожа: такой Галина и была — доброй, красивой, яркой. Лента произвела на него неизгладимое впечатление. На этой эмоциональной волне он даже признался мне, что какое-то время тоже был любовником Галины Брежневой.

А Тамара Синявская, когда я брал у нее интервью, сказала: тот диск до сих пор стоит в их домашнем DVD — рука не поднимается вытащить.



— Кстати, дети Мариса Лиепы не возражали против эпизодов, связанных с пятилетним романом их отца?

— Реакция Андриса и Илзе мне не известна, хотя с дочерью Лиепы я очень хорошо знаком. Подробности этой практически открытой связи я не придумывал — просто использовал опубликованные и озвученные факты воспоминаний. Например, как в аэропорту Галина, встречавшая любимого из заграничного турне, увидела: к Марису кинулись с объятиями жена и малыши. Ничье достоинство я не унижал, против правды жизни не погрешил. (По слухам, именно после расставания с Лиепой дочь Брежнева начала спиваться. Мила Москалева уверяла, что до Чурбанова Галина никогда не пила сорокаградусную — Марис ей подобного не позволял, потому что был аристократом. Зато потом Чурбанов советовал: «Зачем пьешь шампанское? Лучше водочку». Впрочем, Викуся вспоминала, как генерал отбирал у матери лишнюю рюмку и выливал в мойку, за что та отвешивала ему оплеухи. - Авт.).

— Сын и дочь Милаева от его первого брака — Александр и Наталья — очень тепло отзываются о Галине Леонидовне...

— Узнав о съемках сериала, Александр сначала устроил маленький скандал: «Какое право имеете делать фильм обо мне и отце, не поставив меня в известность?» (возможно, хотел денег, хотя напрямую речи о них не было). Я объяснил: во-первых, это вопрос к продюсеру...


Александр Демьяненко, Наталья Селезнева и Зоя Федорова в комедии Леонида Гайдая «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», 1965 год

— ...чья фантазия не знает границ...

— В этом, кстати, ужас сегодняшнего дня. На одном из телеканалов я видел документальный (!) фильм, в котором нафантазировано, что, когда Сталин поссорился с Надеждой Аллилуевой, она уехала в Питер, где изменила ему с Кировым. Якобы из-за этого Коба Сергея Мироновича и убил...

Ну а Саше я сказал: просто придите посмотреть, что снимаем. Как раз это был эпизод в цирковом училище. Конечно, знаменитый номер Евгения Милаева мы не повторяли, он ведь совершенно уникальный: силач-акробат ногами удерживал 18-метровое сооружение, а гимнасты, в том числе его дети, поднимались под самый купол цирка (сейчас заслуженный артист РСФСР Александр Милаев собирается возобновить аттракцион отца «Эквилибр на ножных лестницах». - Авт.). Он остался доволен увиденным, даже согласился участвовать в эпизоде, где сыграл самого себя, а жена — его сестру Наташу.

По сюжету близнецы после многолетней разлуки пришли в гости к Галине, она, пьяная, открыла дверь и тут же захлопнула, так и не впустив.


Зоя Федорова в роли Клавы Белкиной в фильме «Музыкальная история», 1940 год

Ограничились только одним дублем — так Александр с Наташей были потрясены сходством актрисы и вырастившей их мачехи, которую приемные дети называли мамой (родная мать умерла во время родов, два года малыши росли в Ленинградском доме малютки, потом их забрала в Ростов бабушка, а отец познакомил с новой женой, когда им исполнилось по пять лет).

— Позже Александр утверждал, что такого в жизни не было и случиться не могло — они с Натальей обожали вторую маму, которая, кстати, называла Сашу «мой супермастер» и очень гордилась, что в девять лет мальчик зарабатывал в цирке по 1300 рублей в месяц (130 — новыми деньгами)...

— Саша Милаев не ожидал, что практически везде в кадре Галина вызывает симпатию и жалость, хотя там есть эпизоды, где она пьет (что было, то было).

Повторяю, он просто обалдел от сходства Людмилы Нильской с Галиной Брежневой — принес фотографию, где та снята на море в розовом хитоне, и тут уже обалдели мы, создатели фильма. В эпизоде на сочинском пляже Люся одета в наряд точно такого же фасона, правда, бирюзовый. Обе — просто на одно лицо (не зря Нильской за эту роль достался «Золотой орел». Павлов тоже был номинирован на эту премию Академии кинематографических искусств и наук. — Авт.).

Между прочим, Александр рассказал историю фотографии Галины, отплясывающей на столе с полузадранной юбкой. Как-то он познакомился с английскими корреспондентами, те взяли шампанское и отправились брать интервью у дочери Брежнева. После разговора она напилась и полезла на стол. Так что пасынок поневоле спровоцировал отталкивающую сцену и до сих пор чувствует себя виноватым...


Одна из последних ролей Федоровой — вахтерша общежития в картине Владимира Меньшова «Москва слезам не верит», 1979 год

— В восьми сериях «Зои» вы поделились своими предположениями о причине гибели Зои Федоровой — они совсем не похожи на описанные Юлианом Семеновым в «Тайне Кутузовского проспекта»...

— Конечно, Юлиан Семенов был вроде бы ближе к событиям по времени, но сегодня эта наскоро слепленная история о кагэбистском заговоре выглядит, извините, детским лепетом (не знаю, писал ли это он сам — говорят, на него работали литературные рабы). Я спросил себя: за что могли убить пожилую женщину, известную актрису? Неужели за то, что она хотела эмигрировать? Что бы она вывезла? Ничего.

В апреле 1976 года ее отпустили в США, где она встретилась со своим возлюбленным Джексоном Тейтом и дочерью Викторией, которая эмигрировала к отцу. Она могла бы остаться в Америке, однако почему-то этого не сделала. В июле 1978 года 79-летний Тейт скончался от рака, но Федорова еще дважды после его смерти посетила США, где жила у Вики, и опять вернулась в СССР. В 1980-м вновь засобиралась за океан, но на этот раз ее долго не отпускали — якобы из-за того, что ее дочь снялась в антисоветском фильме и издала книгу «Дочь адмирала». В конце концов, виза была получена. Но наступило трагическое 10 декабря 1981 года...

А ведь ограбить ее могли, просто выждав, когда выйдет из квартиры...


Ирина Пегова в роли Зои Федоровой в сериале Виталия Павлова «Зоя», 2010 год. Режиссер хотел, чтобы фильм назывался «Пуля для актрисы» — «история же придуманная, хоть и на основе реальных событий»

— Кажется, пропали бриллианты, антиквариат?

— Это все разговоры — следов ограбления не обнаружили.

Федор Раззаков в книге «Зоя Федорова» упоминает три версии убийства знаменитой актрисы. Первая связана с КГБ. В 1981 году Федорова случайно проговорилась, что намерена остаться у дочери в США навсегда. В очередной поездке ей отказали, а через несколько дней произошла трагедия.

Вторая версия — криминальная: Федорова предположительно входила в так называемую «бриллиантовую мафию», костяк которой состоял из жен и детей кремлевских деятелей, и обладала уникальной информацией о многих ее участниках. В записной книжке актрисы хранились 2032 номера телефонов и 1398 почтовых адресов. Возможно, когда ее не отпустили в США, она попыталась шантажировать кого-то из высокопоставленных мафиози, и ее ликвидировали.

Наконец, третья, «щелоковская версия», которую первым обнародовал писатель Юрий Нагибин в своем рассказе «Афанасьич»: убийство Федоровой заказал лично министр внутренних дел СССР Николай Щелоков — якобы в личной коллекции актрисы был уникальный бриллиант, очень нравившийся супруге министра. Но это предположение опроверг Юлиан Семенов.
В своей повести «Тайна Кутузовского проспекта» он писал, что Федорова часто устраивала «левые» концерты артистов, и МВД было прекрасно об этом осведомлено. Поэтому милиции достаточно было завести на актрису уголовное дело, прийти с обыском и конфисковать бесценную реликвию...


— Документальный фильм Михаила Лещинского «Зоя Федорова. Неоконченная трагедия» ценен тем, что там есть свидетельства близкой подруги актрисы...

— Как и в случае с приятельницами Галины Брежневой, одна уверяла, что Зоя ходила, вся сверкая, другая, работавшая в универмаге «Весна», — что та носила исключительно бижутерию, которую хранила упакованной в бархатные коробочки, как настоящие драгоценности.

Говорят, Федорова помогала дочери материально — похоже, покупала осколки бриллиантов, за границей совершенно не ценившиеся, перепродавала их и приобретала крупные камни, чтобы каким-то образом передать Вике в Америку...

— Артистка-контрабандистка?

— Так ведь ее не поймали... Моя версия — Зою Федорову убрали как свидетельницу. Владимир Калиниченко утверждал, что у Щелокова была спецбригада, выполнявшая подобные щекотливые поручения. (В интервью Дмитрию Гордону Калиниченко рассказывал: «И Зоя Федорова, и дрессировщица Ирина Бугримова, и любовник Гали Брежневой певец Боря Буряце — все это один клубок, за которым стояли не просто коллекционеры. Взять исчезновение в Москве известного антиквара Гарига Басмаджана или ситуацию с Нуриевым — он тоже был повязан на бриллиантовом, антикварном бизнесе... Николай Анисимович Щелоков очень баловался дорогостоящим антиквариатом». — Авт.). Убить могут и за язык, а не только за драгоценности или раритеты.


Дочь Викторию Зоя Федорова родила от военного атташе при Посольстве США в Москве Джексона Тейта, с которым познакомилась на дипломатическом приеме в конце войны. За связь с иностранцем актриса, обвиненная в шпионаже, получила срок — 25 лет лагерей усиленного режима

— Предполагаете, КГБ к этому делу не имеет никакого отношения?



— Думаю, когда Зоя в 20 лет попала в ОГПУ, ее завербовали (в кино у меня это есть) — подсунули бумажку, которую девушка от ужаса подмахнула, не зная, что подписывает. Позже Берия принуждал ее стучать, но она отказалась.

— В его недавно опубликованных дневниках, подготовленных к печати историком Сергеем Кремлевым, есть фраза: «Жалко людей, но стрелять придется»...

— Я очень долго ждал возможности ознакомиться с делом Федоровой, однако ее родственники не позволяли. Может, потому, что сразу стало бы ясно: у Зои Федоровой с Лаврентием Павловичем была интимная связь. Это документально подтверждено: опубликованы показания одного из спецов «наружки», Управления оперативно-поисковой работы КГБ, который, не называя фамилию, свидетельствует: «Актриса Зоя Ф. была любовницей Берии». Кстати, я показал, как, на мой взгляд, выглядели их отношения, и сделал из него нормального человека. (Одна из пассий наркома внутренних дел СССР Нина Алексеева, когда ей был 91 год, вспоминала: «По словам знакомой балерины, Берия заставил ее на столе с кушаньями танцевать. Вранье. Он был очень бережливым, упавшие куски хлеба с пола подбирал и ел...». - Авт.).

Близкие актрисы по-своему трактуют известную историю с букетом: якобы Берия пригласил Федорову в свой особняк на день рождения жены. Конечно, супруги в квартире не оказалось, а Лаврентий Павлович пытался Зою изнасиловать. Она сопротивлялась...

— Пишут, увидев всесильного наркома в одной расстегнутой пижаме, актриса возмутилась: «Что вы себе позволяете?! Старая обезьяна!». И сбежала, а он швырнул ей вдогонку розы со словами: «Букет на вашу могилу»...


В силиконовом возрастном гриме Людмила Нильская, сыгравшая в сериале «Галина» главную роль, находилась по 12 часов ежедневно.

— В разгар их романа у Зои начались нежные отношения с военным атташе при Посольстве США в Москве Джексоном Роджерсом Тейтом, с которым она познакомилась на дипломатическом приеме в конце войны. Во время одной из встреч всесильный любовник, уже зная о сопернике, сказал ей: «То, что вы провели ночь с американским полковником, не значит, что вы изменили мужчине, с которым иногда встречаетесь. Вы Родине изменили». Она возразила: «Может, где-то он и шпион, но только не со мной... Мне можно ехать?». — «Вас отвезут». Именно после этого разговора Берия и забрасывает цветы в окно автомобиля со словами: «Украсьте ими могилу». — «Чью?». — «Свою»...

— Известно, что в 1946-м Федорова более полугода провела во внутренней тюрьме на Лубянке, где ее обливали кипятком, били, не давали спать...

— Потом получила срок за связь с иностранцем, от которого родила ребенка (хотя официально ее обвинили в шпионаже и приговорили к 25 годам лагерей усиленного режима). Федорова пыталась повеситься в камере лефортовского тюремного изолятора, однако надзиратели вытащили ее из петли. В 1947-м из лагеря в Потьме она написала отчаянное письмо Берии: «...взываю к Вам как к родному отцу. Верните меня к жизни! Верните меня в Москву!». Но он распорядился заменить лагерь тюрьмой...

На свободу актрисе удалось выйти лишь в 1955-м, когда началась массовая реабилитация осужденных по политическим статьям. Из ссылки приехала ее девятилетняя дочь Вика, которая жила с родной тетей и ее детьми на севере Казахстана. Но у меня это история не только Зои Федоровой, но и Татьяны Окуневской — в общем, собирательный образ...

— Вы — драматург, прозаик, сценарист, режиссер театра и кино, автор идей Национальной театральной премии «Золотая маска» и Национальной футбольной премии «Стрелец», номинант на премии «Тэффи-2003» за сценарий «Светлана Сталина. Побег из семьи». А вас знают преимущественно по двум сериалам — «Зоя» и «Галина». Не тяготит слава штатного экранизатора серии «ЖЗЛ»?

— Когда после «Галины» мне предложили сделать «Зою», хотел, чтобы новая работа называлась «Пуля для актрисы». История же придуманная, хоть и на основе реальных событий.

— Поэтому вы и букву «Р» в фамилии Зои Федоровой поменяли на «Т», назвав главную героиню Федотовой?

— Думаю, правильно поступил. Жаль, в «Галине» так сделать нельзя, хотя надо бы — мы ведь можем только догадываться, что это были за люди.

— Пару лет назад Людмила Нильская в интервью нашему изданию рассказывала, как нелегко было по 12 часов находиться под жаром осветительных приборов в толстом слое силикона, имитирующего старческую морщинистую кожу...

— Действительно, тяжело. Мы с оператором не хотели фальши, но, увы, получили — при том жутком гриме. А руки все равно снимали не Люсины...

— С алкогольным тремором?

— Характерной дрожи не было. Но на экране — кисти 70-летней женщины. Еще одна тайна: пожилую Галину пришлось переозвучивать. Нильская хорошо имитировала надтреснутый голос, но ее старания были слишком явными. Между реальным и деланным тембром — большая разница. Если я слышу огрехи, они будут резать слух кому-то еще...

— Почему же не взяли возрастных актрис на роли состарившихся главных героинь обоих сериалов? С Людмилой Валерьяновной, наверное, работалось проще — все-таки ей было почти 50. Ирина Пегова в 31 год играла 72-летнюю: «Любимая артистка товарища Сталина слушает». Представляю, как пришлось потрудиться известному гримеру Андрею Новикову, специалисту по пластическим эффектам, которого в киносреде зовут Доктор Ужас...

— Я предлагал Наталье Теняковой сыграть Брежневу в зрелом возрасте. Сценарий Наталье Максимовне понравился, но работать с нами она не смогла из-за занятости в другом проекте.

— Разве вы не видели в этих ключевых эпизодах только Нильскую? Она ведь в 2004-м уже перевоплощалась в Галину Леонидовну — в сериале «Красная площадь» по книге Эдуарда Тополя...

— Нет, потому что считаю: возраст имитировать нельзя. У артиста появляются две задачи: играть старость или сцену, так что приходится делать одно из двух. Но Люся буквально устроила истерику: хочу — и все! Любая актриса понимает: эпизоды в сумасшедшем доме — самые интересные.

— В психиатрическую клинику не просилась на мастер-классы?

— Раньше при Советском Союзе мы бы это сделали — позвонили бы главврачу и договорились. Сейчас нет такой возможности: все хотят денег — и начальство, и охрана.

— Зато есть интернет, где артистки могут узнать, чем отличается алкогольный галлюциноз от маниакально-депрессивного психоза...

— Им это не нужно — с каждой мы детально обговаривали ее действия. Перед камерой вроде бы ничего особенного не происходит. Кому-то я говорил: «Просто сидите и яблоко вытирайте...». Не с чужих слов знаю, как там бывает на самом деле — вдруг какие-то вспышки неадекватности, а так это просто люди, которые находятся в другом мире.

Я же по первой специальности хирург-травматолог. Когда еще от мединститута был на практике в психиатрической клинике, подошел мужчина, спросил: «Студент?». — «Да». — «Какой курс?». — «Пятый». — «Здесь практикуетесь?»... Осмысленный диалог, в общем. Словесная крошка — признак шизофрении — проявляется исподволь: «Знаешь, почему нам лопаты не дают? Думают, мы пойдем и перебьем всех врачей и санитаров...». И как понесло его! Но первые несколько минут — вполне нормальный человек.

— Наверное, медицинский опыт не раз вам пригодился в режиссерской профессии, да и в жизни?

— Была пара ситуаций на съемках. Например, у человека начался приступ эпилепсии, я знал, что делать, помог. Теперь, если что, не полез бы — и так вокруг столько непрофессионалов.

— Интимные сцены в «Галине» можно смотреть и маленьким детям, из гибели Зои Федоровой вы не сделали натуралистичного зрелища — против течения плывете, Виталий Викторович...

— Порнуху и кровь не люблю — не использую эти приманки... В «Зое» есть убийство, но нет кровищи, хотя пуля попала актрисе в затылок, прошила мозг и вышла через глаз. Это в Голливуде напридумывали спецэффекты: стреляют в человека, одетого в пальто, и рана разверзается в полгруди. Как врач знаю — такого не бывает.

По технологии мы американцев догнать не можем. Они находятся где-то в XXIII веке, хотя загнали себя в тупик — не уничтожают злодея правдоподобно, а стреляют в него, он падает, поднимается, делает шаг, опять падает — на стекло в этот раз. И разрезается пополам...

— Это правда, что ваш отец был прообразом героя «Ликвидации»?

— Да, в фильме его сыграл Машков. В органы папа пришел то ли в 1935 году, то ли в 1937-м. Вначале был водителем, потом работал начальником отдела по борьбе с бандитизмом в Одессе. Он рассказывал, что существовал план по задержанию врагов народа. Каждый начальник отделения соревновался с коллегой: мол, у тебя 20 арестовано, а у меня — 25.

Ужас в том, что Иосиф Виссарионович, скорее всего, понимал, с кем имел дело — огромное количество народа пострадало из-за чужой жены, чужой квартиры или комнаты в коммуналке, драгоценностей, которые потом реализовались через комиссионки на Лубянке. Сегодня тоже правды никто не говорит — ни о том времени, ни об этом...

— Собираетесь снять кино по мотивам отцовских историй?

— Хотелось бы, но весь вопрос в продюсере (в свое время Алексей Пиманов попросил меня написать сценарий об Одессе, потом использовал некоторые ходы и героев в своем сериале, а мне даже спасибо не сказал). Да и понимаю, насколько трудно будет актеру перевоплощаться в подполковника уголовного розыска Давида Марковича Гоцмана после Машкова. А ведь, кроме «Ликвидации», были «Три дня в Одессе»...

— Говорят, на площадке у вас несвойственная киношному процессу чуть ли не медитативная тишина...

— Не поверите, никто не ругается. В «Галине» мы снимали очень сложную сцену с Люсей Нильской, вдруг кто-то зашумел. Я очень мягкий режиссер, а тут пришлось повысить голос. Проходя мимо меня, Николай Владимирович Немоляев, снявший «Стариков-разбойников», «Обыкновенное чудо», «Покровские ворота», отчетливо сказал: «Эльдар Рязанов в таких случаях запускал мегафоном»...

— ...но жертв и разрушений не было...

— Один из наших художников признался: «За 32 года в кино я видел всякое. Как-то на Киностудии имени Горького Марк Донской скомандовал: «Стоп!», но камера не выключилась. Тогда Марк Семенович подбежал к оператору и укусил его за ногу»...

--------------------
Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана
Перейти в начало страницы
kuki
16 сентября 2011 21:09
Сообщение #98

Группа: КиноЗвезда
Ответов: 6368
Регистр.: 10.09.2009
ICQ: --

Ровно 30 лет назад на экраны вышел фильм «Мужики!..», ставший визитной карточкой популярного актера



Красивый и статный Александр Михайлов — герой на все времена. Он создавал на экране образы настоящих мужчин — обаятельных, сильных и надежных, всегда находивших правильный выход из любого щекотливого положения, вызывавших трепет и восхищение у представительниц прекрасного пола. Вспомните его роли в фильмах «Мужики!..», «Любовь и голуби», «Змеелов», «Одиноким предоставляется общежитие». Но в жизни, как оказалось, справиться с проблемами куда труднее, чем в кино.

В этом актер убедился, когда после 30 лет семейной жизни с дочерью адмирала флота Верой Мусатовой, с которой познакомился еще в институте, влюбился в другую. Избранницей Михайлова оказалась экономист Оксана, младше его на 23 года. Они познакомились в общей компании актеров Театра Ермоловой. Когда молодая женщина овдовела, Михайлов был одним из первых, кто позвонил, ее поддержал. Потом уже Александру понадобилась помощь Оксаны. Михайлов уезжал на гастроли, и в это время нужно было позаботиться о его матери, поскольку со своей невесткой родительница не общалась.

Их отношения длились шесть лет, пока Михайлов не принял решение уйти из семьи. Больше всего он переживал из-за того, как воспримет развод сын от первого брака, поэтому Александр и Оксана официально зарегистрировали отношения только перед рождением общего ребенка — дочери Акулины. Последний раз Александр Яковлевич стал отцом в 58 лет, а в свои нынешние 66 по-прежнему полон сил и энергии.

Светлана ТВЕРДОХЛЕБ

— Александр Яковлевич, хорошо выглядите для своего возраста...

— Сказываются сильные гены моих предков — старообрядцев. Особенно я здоровьем не занимаюсь, и у меня были серьезные проблемы. Я умирал, лежал в коме, но Господь вернул меня оттуда. Не буду вдаваться в подробности — дал слово не говорить об этом. Вернулся и сказал себе: ставлю целью дожить до 85 лет без маразма, а там как Бог даст. Набрал студентов. Сейчас у меня 30 детей и внук. 26 студентов и четверо своих детей. Я человек богатый!

— О своих хотя бы расскажите...

— Есть старший сын Костя от первого брака, внебрачная дочь Настя. Она учится во ВГИКЕ на втором курсе, ей 18 лет, высокая красавица. Сохнет по сцене, артисткой хочет быть. Младшей Акулине девять лет исполнилось. Плюс пасынок Владислав — ребенок второй супруги Оксаны от первого брака. Он меня папой зовет, я его — сыном. Влад потерял родного отца в трехлетнем возрасте.

— Его отец — это ваш друг актер Владимир Васильев?

— Мы в одном театре служили. И потом, когда он умер после инсульта, Оксана стала моей второй женой.

— Я читала, что первая супруга не может вам простить ухода из семьи после 30 лет совместной жизни...

— Глупости, чушь! Это не так. У нас все нормально. Вот вчера мы с ней созванивались. У меня с первой супругой связь не теряется. И материально ее поддерживаю, и общаюсь с ней и с сыном Костей. Не врагами расстались. Конечно, какие-то вещи она не может мне простить, но все нормально.

— Ваш старший сын Константин, сейчас известный радиоведущий, в свое время учился на актерском факультете, дочь Настя учится на актрису. Вы поддерживали детей в их желании продолжить актерскую династию?

— Старался разубедить. Не желаю им такой судьбы, но они не послушались.

Вот младшая — готовая артистка. Пластичная, а поет как! Заявляет: «Буду актрисой и певицей!». На что я ей: «Пороть буду!». Если у нее пройдет желание — хорошо, не пройдет — ну что поделаешь...

Я всех отговариваю от актерской профессии. Она не сводится к аплодисментам, цветам и хождению по красным дорожкам на фестивалях. Это огромный, чудовищный труд! И большие нервные нагрузки. Из тысяч становятся известными за счет кино и успешных театральных работ десятки, может, сотни.


С Натальей Гундаревой в картине «Одиноким предоставляется общежитие», 1983 год

Каждый год актерские вузы выпускают около 200 человек. Дай Бог, человек 15-25 устраиваются по специальности. Остальные остаются без работы. Огромную роль играет его величество случай — встреча с режиссером, с маститым актером, который поможет. Если есть Божий дар, огонь, самоотдача, хорошо, актер не должен быть с «холодным носом». Это человек, который забывает о многих вещах и всей душой отдается работе. Но таких, как, например, Василий Шукшин или ваш Иван Гаврилюк, немного.

— Александр Яковлевич, вы — один из самых снимаемых артистов советского кино, в последнее время редко появляетесь на экранах...

— Да, я много лет вообще отказывался от ролей, потому что предлагали сценарии, где этого нужно убить, того расстрелять. Ради чего сниматься? Если вижу, что по сценарию конфликт между ментами и бандитами, горы трупов и море крови, мне это неинтересно. Когда убить человека — все равно что высморкаться, как я могу на такое согласиться?

На сегодняшний день у меня за плечами 70 фильмов и 61 работа в театре — они и дают мне право отстаивать свою позицию.

— Но жить-то на что-то надо...


После фильма «Мужики!..» (1981 год), где Александр Михайлов сыграл сильного, обаятельного и надежного героя, к артисту пришла известность

— Да, я не богат. У меня нет ни сбережений, ни дачи. 12 соток земли, гараж и банька построена — вот и все. Но я не комплексую из-за этого. Господь дьяволу не дал двух вещей: чувства меры и чувства стыда. Вот на бесстыдстве и безмерности все мы и погораем. Чем больше имеешь, тем больше хочется. Быстро «хап-хап!», и он уже по трупам идет, готов заживо глотать, кровь пить. На этом все и кончается. А ведь рожден человек один раз. С точки зрения галактического времени мы проживаем всего лишь две с половиной минуты. За эти две с половиной минуты нужно постараться никого не унизить, не обидеть, сделать что-то теплое и хорошее — такой мой жизненный принцип.

— Сниматься в рекламе тоже брезгуете?

— Отказываюсь, хотя в последний раз давали 50 тысяч долларов за 15 минут работы. 15 минут!!!

— Какое заманчивое предложение!

— Ну да! На такие деньги можно два года жить в полном порядке. Машину сразу прикупить. Но я же знаю, что такое реклама. Мой друг согласился — не буду называть его фамилию — сняться в ролике. Мне неловко за него. Может, я идиот, последний из могикан, но решительно не понимаю, почему стиральный порошок надо рекламировать великой актрисе!

Я знаю, что появлюсь в рекламном ролике, и какая-то тетя Нюра в моем поселке скажет: «А вот Александру Яковлевичу я верю, он в нравственных фильмах снимался». Этим я предам себя, а потом ее. Мне проще взять свою семиструнную гитару, встать в переходе и таким честным способом заработать на пропитание.

— Кто вас открыл как киноактера?

— Никаких открытий не было. Был первый фильм, второй, третий — скучные работы. Потом режиссер Валера Лонской пригласил меня в картину «Приезжая», и с этого момента начался новый этап в моей кинокарьере, мне стали предлагать более серьезные роли, а не молодых, наивных и слащавых... И пошло-закрутилось. Не хочу плакаться в жилетку: дескать, не достиг высот, что-то действительно прошло мимо — не снимался ни у Андрея Тарковского, ни у Сергея Бондарчука, ни у Василия Шукшина. Встречи с этими действительно уникальными режиссерами были, но как-то не попадал.


С Людмилой Гурченко в культовом фильме Владимира Меньшова «Любовь и голуби», 1984 год.

Шукшин даже хотел меня снимать в «Стеньке Разине», но не успел, ушел в мир иной.

— Мне кажется, вам все-таки грех жаловаться на актерскую судьбу, вы очень популярны. Кстати, популярность не вскружила вам голову?

— Очень хорошо помню фразу Эдиты Пьехи: «Чаще сбрасывай корону». У меня не было такого ощущения: проснулся знаменитым, почувствовал себя звездой, хожу королем. Нет, у меня не вырастали крылья.

Вначале было приятно: «Ой, тебя узнают!». Потом это превращается в катастрофу. Скажем, после фильма «Мужики!..» в любом общепите передо мной выставляли батарею бутылок из шампанского и водки. Если отказывался выпить, до драки доходило: «Ты нас не уважаешь, ты не мужик». Куда бы ни зашел, сразу: «Давай выпьем!». Можно было элементарно спиться, что и произошло со многими моими друзьями.

— Что помогало удержаться от жизненных соблазнов, вовремя сбрасывать корону с головы?

— Воспитание. У меня дед был из Белой гвардии. Когда он умирал, мне было шесть лет, он сказал: «Шурка, запомни. Люби Родину Россию больше всего в своей жизни. Если надо, отдай за нее жизнь. Сердце отдай людям, душу — Господу Богу, честь сохрани себе. Повтори». Я повторил. Честь не отдам никому, ни за какие гроши. Это дороже всего. Мне не стыдно смотреть людям в глаза. Один раз жизнь дается человеку, и прожить ее надо достойно.


В спектакле Малого театра «Царь Иоанн Грозный», 1998 год

А еще у меня хорошая морская школа. Мне было 17 с половиной лет, когда после рейса мы вернулись в Петропавловск-Камчатский. Я был самым молодым из команды, и у моего друга случился день рождения. Всех пригласили в ресторан. Я очень хорошо выпил. Два друга-моряка притащили меня под ручки в каюту. Вскоре вошел боцман. Помню это смутно. Он поднял меня за шкирку и хорошо так кулаком приложился.

Через два дня снова приходит ко мне: «Ну что, оклемался?». А мне так обидно: «За что ты меня? Ну, выпил... Каждый проходит через это». — «Саня, ты у нас самый молодой на судне. Через мои руки прошло очень много таких салаг. Запомни три вещи: знай, с кем пить, когда и сколько. Не запомнишь — сопьешься и сдохнешь». Прошли годы, но я помню до сих пор.

— Александр Яковлевич, вы долго отказывались сниматься в фильме «Мужики!..». Почему?

— Да, трижды предлагали, и я трижды отказывался. Потом познакомился с героем, с которого написан сценарий, и понял: надо играть. Он хороший мужик, чистый, порядочный, светлый, настоящий. Кино получилось, хотя никто не ожидал такого успеха. Потому что там история о красоте души человека. У моего героя друг спрашивает: «Зачем тебе это надо? Троих детей взял на себя. Двое неродных». А он в ответ: «Мелко мыслишь. Мне это надо больше, чем им. Мне необходимо отдать свое тепло. Они вырастут нормальными порядочными людьми».

После выхода на экраны «Мужиков!..» я получал огромное количество писем от детей. Помню каракули одной девочки: «Дядя Паша (по имени героя), спасибо вам за фильм «Мужики!..». Мой папа вчера посмотрел картину и купил мне шоколадку. Ура!». Я мысленно представил этого папу, иногда пьющего...

— Второй знаковый фильм в вашей актерской биографии — «Любовь и голуби». Когда слышите название этой картины, то какие самые яркие ассоциации возникают?

— Атмосфера была очень хорошая на съемках, немножко хулиганская. С любовью все это делалось, легко, весело. Не было такого: «Играть только так, а не иначе!». В этом смысле Володька Меньшов большой художник. Он мог сказать: «Давайте сделаем все по-другому, наоборот». И начинал снимать.


С первой супругой, дочерью адмирала флота Верой Мусатовой, Александр Михайлов прожил 30 лет и вырастил сына Константина

В картине много странностей, которые вначале удивляют, а потом ты к этому относишься нормально. Например, почему вдруг расцветают цветы на деревьях? Или артист входит в дом с целым оркестром? Это и есть образы, которые несут в себе смысл.

— А правда, что съемки в этой картине чуть не стоили вам жизни?

— Да, это было в Батуми. Мы снимали сцену, когда мой герой после слов: «Ну, счастливо оставаться» падает с чемоданом в руках в открытое море. Сделали шесть или семь дублей. У меня было шесть запасных сухих комплектов рубашек и костюмов. А вот галстук — только один! Под водой мне помогали раздеться два водолаза, они буквально срывали с меня одежду — времени-то мало! — и всплывал я уже в семейных трусах.

Снимали мы в ноябре — температура +14, но ветер, промозглость. Люся Гурченко все кричала: «Пускай этот длинный Михайлов быстрее прыгает, а то я уже окоченела!». Я прыгаю, а Меньшов дал задание водолазам: мол, долго копошитесь, надо раз в пять быстрее! У ребят, естественно, не было опыта раздевания под водой.

После первого дубля галстук был влажным, его недостаточно просушили, еще и костюмерша мне его хорошенько затянула. Я опять падаю в воду, водолазы все с меня сняли, хватанули за галстук, а он захлестнулся морским узлом и дальше подбородка не идет. Я увидел страх в глазах этих мужиков и сам испугался. Пытаюсь им помочь — ничего не получается. Остался уже в трусах и галстуке. Они тянут, а узел только туже затягивается!

А я уже захлебываться стал, брыкаться — одного ударил по скафандру, другого изо всей силы лягнул ногой в детородный орган. Попытался подняться к поверхности, чтобы вдохнуть воздуха, но один из водолазов за ноги вернул меня на место и опять ухватился за галстук. Они словно обезумели и хотели задание — раздеть актера до трусов — выполнить любой ценой. Я понял, что уже не выплыву: комедия могла обернуться трагедией. И тут случайно увидел у одного нож на боку — стал хлопать по нему. Не сразу, но водолаз все-таки понял — срезал галстук ножом. Это меня и спасло. Потом была «скорая», откачивание... Длинная история.


Со второй женой Оксаной

А в фильм вошел третий дубль. Костюмер уже просто наживила разрезанный галстук на ниточки, и первое, что сорвали водолазы под водой, — это галстук. Причем одним движением.

— Какая роль далась вам тяжелее всего?

— Полностью меня выжал «Очарованный странник» по роману Николая Лескова. Очень тяжелый материал. Тяжелый во всех смыслах: эмоциональном, физическом. Но это мой и самый любимый фильм.

Еще была картина «Дожить до рассвета» Василия Быкова, после которой я свалился в больницу на полтора года. Там была непростая история. Всю зиму снимался голый, мокрый, с окровавленной грудью. В результате получил двустороннее воспаление легких.

— Когда последний раз выходили на съемочную площадку?

— Года два назад, в картине «Разжалованный» сыграл главную роль. Посмотрите, если будет такая возможность. Мне не стыдно за этот фильм. Очень интересная история.

Из последних еще «Китайская бабушка», где я снялся с Ирой Муравьевой и Ниной Руслановой. Правда, полностью картину еще не видел, поэтому не могу давать оценку. А вот за «Разжалованного» спокоен. Правда, неизвестно, попадет она в прокат или нет. Увы, сегодня все зависит от финансов, от тех придурков, которые решают непонятно по какому принципу: хорошее кино гнобят, а бездарное, которого сейчас очень много, поднимают.

— Александр Яковлевич, вы ведь не сразу пришли в актерство?

— Я родился в Забайкальском поселке Читинской области. Это Восточная Сибирь. Снега, холода, трехметровые сугробы, метель. Мне было лет 11, когда я увидел картину Айвазовского «Девятый вал» и был ошарашен этой мощью и красотой. С тех пор заболел морем. Списался с Нахимовским училищем в Ленинграде, дважды сбегал из дому, и оба раза меня мама ловила, в угол на горох ставила, полотенцем мокрым мне попадало.


С Оксаной и их общей дочерью Акулиной. «Младшая — готовая артистка. Пластичная, а поет как! Заявляет: «Буду актрисой и певицей!», на что я ей: «Пороть буду!»

После окончания семи классов я все-таки уговорил маму, и мы переехали во Владивосток. Но, чтобы поступить в мореходку, мне не хватило года, поэтому пришлось идти в ремесленное училище учиться на слесаря. Почему я выбрал именно это училище? Там вместо майки и простого нижнего белья давали тельняшку.

После годичного обучения я сбежал к рыбакам. Пришел на огромное судно, где было 70 человек команды, и сказал капитану: «Хочу быть моряком». Он, седой уже человек, настоящий морской волк, посмотрел на меня внимательно: «Хочешь — давай. Пошли в море!». Меня взяли учеником моториста. Два года бороздил Японское, Охотское, Берингово моря, Тихий океан, Бристольский залив. Два судна поменял. А потом вынужден был списаться на берег из-за трагедии, которая разыгралась в Японском море.

Наши четыре средних рыболовецких сейнера попали в обледенение — это когда одна волна накрывает другую и палуба моментально покрывается коркой льда. Потом снова волна — и ледяная корка становится толще. Затем снова и снова... Канаты также покрываются льдом. Вся команда с топорами и ломами выходит на сколку, только капитан становится к штурвалу и один моторист работает в машинном отделении. Но силы человеческие не беспредельны, вес льда постоянно увеличивается и, в конце концов, посудина переворачивается кверху килем.

Наше судно было большим по размерам, имело солидную команду, мы как-то вышли более-менее из этого шторма, но тогда погибло очень много людей. Когда пришли в порт, на причале меня встретила мама и сказала: «Или море, или я!». Если бы не это, я, может, дослужился бы до капитана. На море у меня душа поет.

— Чем же вас прельстило актерство?

— Однажды я случайно попал на дипломный спектакль выпускников Дальневосточного института искусств, поставили «Иванова» по Чехову. Там увидел талантливого артиста Валеру Приемыхова (зрителям он известен по фильму «Пацаны», «Холодное лето 53-го»), и это решило мою судьбу. Я был настолько потрясен спектаклем, что после него пришел попрощаться с Тихим океаном. Сказал себе: «Буду артистом, сделаю для этого все возможное и невозможное».

Я действительно переступил через многие трудности, ведь был уже крепким морским волком и первые два года обучения многого не понимал в актерстве. На втором курсе института меня чуть не выгнали за профнепригодность, но я все выдержал.

— Как мама восприняла ваше решение идти в артисты?

— Не очень хорошо. Она у меня женщина простая, из старообрядок. Хоть и талантливая, артистичная — поет, играет на балалайке, — но у нее всего два класса церковно-приходской школы. Поэтому она не вдавалась в объяснения. Просто на интуитивном уровне считала, что это не мое дело: мол, надо быть мужиком, а актерство — женская профессия.

- А что вас не устраивает больше всего в своей профессии?

— Меня тяготит зависимость от этих режиссеров-подонков, которых нынче очень много развелось. Мне не доставляет удовольствия сейчас работать, сниматься — ну не тянет! То ли я устал — не знаю почему. Материала интересного нет, поэтому скучно. Мне сегодня интереснее Северный полюс, где я дважды побывал. Когда вижу бородачей-полярников, бегущих по льдине ко мне навстречу, это ни с чем не сравнимое ощущение. Это моя стихия. А всяческие «подводные» театральные интриги, сплетни, кто с кем, кто кого — не для меня, я от этого ухожу...

— Тяжело дался уход из репертуарного театра, где вы проработали много лет?

— Нет. Клянусь! Я настолько пресытился карликовой режиссурой...

— Что вы имеете в виду?

— Нынешние режиссеры, говоря образно, все невысокого росточка, а чем такой мэн ниже, тем сильнее у него развита прыгучесть. Вот эти карлики и подпрыгивают, норовят все время щелкнуть тебя по носу. Потому что чем бездарнее человек, тем сильнее он самоутверждается.

Сейчас я играю в двух антрепризах. С Инной Чуриковой и Зинаидой Шарко в спектакле «Старые девы» и с Ниной Усатовой в «Любовь — не картошка, не выбросишь в окошко». Мотаемся по всей России...

— Артисты признаются, что к сцене привыкаешь, не можешь жить без запаха кулис...

— У кого как. Первое время — да, не можешь, а потом начинаются передряги, сплетни. Я безболезненно ушел. Меня звали в четыре театра, но не хочется опять в эту клоаку. Не хочется!

Я такой одинокий волк по сути: с природой, морем люблю общаться один на один. Могу часами сидеть на берегу или гулять по тайге. На льдине мне хорошо и интересно. Там ограниченное количество неболтливых мужиков. Я люблю сидеть и слушать, когда красиво поют или хорошо говорят, глубоко мыслят. Сидишь и думаешь: «Ох, Господи, красота какая! Вот она и спасет мир. Красота и стыд».

— Вы, судя по всему, человек верующий...

— Я человек православный. Но каким способом окрестили Русь? Что было до Крещения? Была ведическая, уникальная Русь, с богатой историей. Наши предки за шесть тысяч лет до Рождества Христова уже плавили чугун и сталь, владели железом.

А потом Русь крестили, и помазанник Божий Иван Грозный за 39 лет царствования уничтожил три с половиной тысячи людей. Другой — Петр I положил 250 тысяч душ только на строительстве одного Петербурга. Обескровил весь Север! Остриг приближенным бороды и надел на них вшивые парики. Когда он умирал, вся Россия ликовала. А сейчас все перевернулось: Петра называют реформатором, который прорубил окно в Европу. В окно лазят воры, а прорубать надо было дверь!

--------------------
Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана
Перейти в начало страницы
kuki
22 октября 2011 11:52
Сообщение #99

Группа: КиноЗвезда
Ответов: 6368
Регистр.: 10.09.2009
ICQ: --

Ровно 10 лет назад, 22 октября 2001 года, великий комик ушел из жизни
Он стал актером, чтобы избавиться от болезненной застенчивости. «Я пытался бороться с закомплексованностью, — вспоминал впоследствии Георгий Михайлович, — и меня потянуло к лицедейству. Надо было приучить себя к аудитории». Внешне ему это вполне удалось, вот только в душе он так и остался скромным, стеснительным. По словам тех, кто хорошо его знал, Вицин был, скорее, созерцателем, философом, погруженным в свой внутренний мир, но вынужденным время от времени надевать маску шута и выходить в ней на сцену или съемочную площадку.




Людмила Грабенко


Всю жизнь Георгий Михайлович «жонглировал» своим возрастом. По документам он появился на свет в 1918 году в Петрограде, на самом же деле, был на год старше и родился в финском городке Терийоки, ныне российский Зеленогорск. В 30 с лишним лет актер был одинаково убедителен в роли древнего деда Мусия («Максим Перепелица») и юного Васи Веснушкина («Запасной игрок»), потом в «Женитьбе Бальзаминова» и вовсе «помолодел» на 28 лет. Вицину был под силу любой образ — мистик Гоголь в «Белинском», сексуально озабоченный старик Морозо в спектакле «Укрощение укротителя», скромный романтик Канарейкин в «Она вас любит». Но недаром некий пожилой актер, глядя на ужимки и прыжки молодого Вицина, мрачно и с пафосом произнес: «Обезьянка... Дурачок... Шут гороховый!». Больше всего мы любим комедийные роли актера — Сэма в «Деловых людях», Хмыря из «Джентльменов удачи», Волшебника из «Старой, старой сказки», пана Цыпу из «Кабачка «13 стульев» и, конечно же, Труса из знаменитых фильмов Леонида Гайдая «Самогонщики», «Пес Барбос и необычный кросс», «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», «Кавказская пленница»...

Георгий Вицин редко давал интервью, объясняя это давней, еще с детских лет, нелюбовью к экзаменам. Его дочь Наталья тоже избегает общения с журналистами (видимо, это у них наследственное). Но аргументы у нее другие: «Думаю, даже согласившись побеседовать, отец не ответил бы ни на один ваш вопрос, зато загнул бы что-нибудь такое, что вы точно запомнили бы на всю жизнь, — например, прочитал какое-нибудь стихотворение или спел частушку собственного сочинения».

— Наталья Георгиевна, наверное, все ваше детство прошло в киноэкспедициях — на съемках Георгия Михайловича?


С дочерью Натальей.

— Больше всего времени мы проводили в Ялте — там жила моя мама, будучи беременная мной, там я даже в школу пошла. Мы, дети, очень любили Ялтинскую киностудию. В ее дворе стояли кареты, фрагменты декораций каких-то башен и замков из сказок Птушко, среди которых так интересно было играть. Был там и огромный бассейн, правда, без воды, в нем снимали отдельные эпизоды фильмов «Алые паруса» и «Человек-амфибия». Можно сказать, что я росла в сказке, и этим счастьем обязана папе.
— На киностудии Вицина, наверное, все очень любили?
— Отношение к папе было двойственным. Я это очень хорошо знала, потому что общалась преимущественно с бутафорами, осветителями, ассистентами режиссера, а особенно с их детьми. С одной стороны, его зазывали, старались отпросить из театра на съемки хотя бы на два дня, с другой — с трепетом ждали его появления, потому что знали: если Вицин приедет, обязательно пойдет дождь и нельзя будет снимать.
— ?!


По документам Георгий родился в 1918 году в Петрограде, на самом же деле — в финском городке Терийоки (ныне Зеленогорск) и был на год старше

— Папа не любил солнца и обожал шторм, предпочитал отдыхать на море в некурортное время. По пляжу гулял, когда там нет никого из отдыхающих — только он и птицы. Вообще, обожал Крым, всегда снимал на домашнюю камеру дорогу из Симферополя в Ялту.
Хорошо помню одну историю: мы с ним на поезде приехали в Симферополь, на улице жара. Папа вышел из вагона в теплых ботинках, непромокаемом плаще и с зонтом. «Георгий Михайлович, — рассмеялся встречающий нас ассистент режиссера, — вы немного не по погоде оделись, на небе ни единого облачка!». — «Ничего, — ответил папа, — природа меня любит, она меня не подведет».
Сели в машину, доехали до перевала — солнце. Начали спускаться к морю — увидели удивительную картину: все побережье затянуто тучами и идет дождь. «Откуда он взялся, — недоумевали ассистент и водитель, — еще час назад небо было абсолютно чистым?!». Я посмотрела на папу — он хитро улыбался. Мне тогда показалось, что он у меня немного волшебник: как задумает, так и будет.


«Я пытался бороться с закомплексованностью, и меня потянуло к лицедейству»

— Георгий Михайлович хотел, чтобы вы стали актрисой?
— Нет, у меня с детства проявились склонности к рисованию, и папа этим очень гордился. Его родной брат был профессиональным художником и скульптором, учеником знаменитой Веры Мухиной, ассистировал ей во многих работах, в том числе и в тех, которые она делала для своей выставки в Париже. Папа тоже неплохо писал и лепил, у него просто не было времени, чтобы этим заниматься. Но как-то они с дядей на спор лепили портреты друг друга, так у папы получилось ничуть не хуже, хотя он никогда этому не учился.
— Разве ваш отец не мечтал с детства стать актером?
— Так оно и было. В дневниках, которые папа вел с юных лет, я прочитала, как он, злостный безбилетник, тайком пробирался в театр: нужно было быстро пробежать мимо швейцара и пробраться на балкон, а еще лучше — на колосники... Он знал наизусть все роли и часто представлял себя на месте любимых актеров. Но и краски с холстом его манили тоже.
— Возможно, в вас он видел воплощение своей несбывшейся мечты о живописи?
— Папа старался воспитывать во мне художественный вкус. Помню, когда я была совсем маленькой, он на один день повез меня в Киев только для того, чтобы показать «Портрет инфанты Маргариты» Веласкеса, который считал уникальным. Причем, чтобы вырваться, ему пришлось сделать какие-то немыслимые перестановки в своем съемочном графике — у него ведь каждый день был расписан. Заодно отец показал мне и Киев, который очень любил. Самое большое впечатление на меня тогда произвел Андреевский спуск и стоящая в самом его начале красивейшая церковь Растрелли.
— Георгий Михайлович был строгим родителем?
— Скорее, требовательным. Он не терпел нравоучений и никогда меня не ругал, но одного его взгляда было достаточно, чтобы я сделала так, как он хочет. Даже повзрослев, курить в его присутствии я стеснялась. Он был человеком серьезным, но в общении всегда оставался хохмачом — мог с юмором обыграть любую ситуацию, обладал легкостью почти мальчишеской. А вот за хохмы мама его всегда ругала, потому что за годы супружества наслушалась столько, что это был уже явный перебор.


Со второй супругой Тамарой в Крыму. Первой женой Георгия Михайловича была актриса Дина Тополева.

— За что Георгия Михайловича в свое время исключили из Щепкинского театрального училища?
— Он не посещал политинформации (ему это было неинтересно), а официальная формулировка гласила: «За нарушение учебной дисциплины». А ниже в приказе на отчисление написано, что студента Вицина принимают в Школу-студию МХАТ, и стоит личная подпись Николая Павловича Хмелева, который взял его к себе на курс. Хмелев многому научил папу, они были не только учителем и учеником, но и друзьями.


С дочерью Наташей в Ялте.

— Хотя это не помешало вашему отцу увести у Хмелева жену — актрису Дину Тополеву?
— Ну, можно сказать и так, хотя это поверхностная формулировка. Речь ведь идет не о банальном адюльтере, не о романчике, а о серьезных отношениях двух людей. Папа с Диной прожили вместе 20 лет. Она была уникальным человеком, близким ему по духу, по каким-то индивидуальным качествам. Я читала их письма друг другу: отношения этой пары были настолько тонкими и не пошлыми, что сегодня, когда любовь стала совсем другой, мало кому понятны.
Даже когда они расстались и папа женился на маме, он все равно продолжал общаться с Диной, как с близким другом, а я воспринимала ее как родственницу, полноправного члена нашей семьи. Более того, когда достигла возраста, в котором не обо всем можно рассказать родителям, именно Дина стала моей лучшей подругой.


В 30 с лишним Вицину досталась роль старика Мусия в картине «Максим Перепелица», 1955 год

Она ведь старше папы, но казалась мне самой молодой и веселой. В ней было то обаяние, которое встречается только в актерах, яркость эмоций, умение рассказывать. А какие у нее были подружки-актрисы! Они жили в каком-то особом мире любовных писем, записочек, вечеринок, чаепитий и увлекательнейшего общения — сейчас такого уже не существует. Эти дамы любили театр как сосредоточение искусств, а не как средство для заработка.
— Многие комедийные актеры болезненно переживали отсутствие серьезных ролей. А как на это реагировал ваш отец?
— В начале карьеры никто не прочил ему комедийного амплуа, у него были вполне серьезные театральные и киноработы. Режиссер Григорий Моисеевич Козинцев, снимавший фильм «Белинский», где папа сыграл Гоголя, очень высоко ценил его талант и хотел работать с ним дальше. А увидев его в «Псе Барбосе», очень сожалел, что такой актер начал сниматься в комедийных картинах. У нас сохранились письма от Козинцева к отцу, я их читала.
У папы были пробы, например, на роль Овода, которого потом сыграл Олег Стриженов, однако он себя в ней не представлял. С детства его кумирами были Чарли Чаплин, Гарольд Ллойд... Но Бастер Китон с непроницаемым лицом (его еще называли комиком без улыбки) был отцу, пожалуй, ближе всех. Серьезные и героические роли он считал скучными. Высшим пилотажем для него была трагикомедия, и все его персонажи были именно такими.


В киноленте «Она вас любит» Георгий Вицин сыграл скромного романтика Канарейкина. Справа — Тамара Носова и Александр Ширвиндт, 1956 год

— В том числе и самая любимая его роль — в фильме «Женитьба Бальзаминова»?
— Не могу сказать, что она была для него самой любимой, но самой желанной — точно. Отец со своим другом, кинорежиссером Константином Воиновым, задумали экранизацию пьесы Островского еще в Школе-студии МХАТ, где вместе учились. Когда такая возможность у них, наконец, появилась, были безумно счастливы. Я, тогда еще ребенок, хорошо запомнила атмосферу, царившую на площадке, — люди не столько работали, сколько получали удовольствие.
Снимали в Суздали, бывшей тогда еще тихим провинциальным городом. Все наслаждались настоящей жизнью! Им не помешало даже то, что папе было уже хорошо за 40, а его герою, Мишеньке Бальзаминову, около 20-ти. А самой любимой его работой был сэр Эндрю из шекспировской «Двенадцатой ночи». Отец очень гордился, что ее хвалили англичане: дескать, он очень точно ухватил суть их национального юмора.
— А как Георгий Михайлович относился к незабвенному Трусу из знаменитой гайдаевской троицы?
— Считал эту роль редкой творческой удачей.
Отец, кстати, всегда говорил, что Трус по-человечески очень близок ему — он ведь тоже в душе поэт. А поскольку папа очень хорошо его чувствовал, то придумывал для него всякие смешные штучки.
Например, в сцене, когда Трусом вышибают дверь, предложил крикнуть: «Поберегись!». Но самая главная его находка — эпизод, в котором Трус, Балбес и Бывалый перегораживают Нине дорогу. Все, что происходит там с отцовским героем, он придумал сам. Ему это доставляло ни с чем не сравнимое удовольствие, все-таки по натуре он больше режиссер, чем актер. Правда, рассказывая об этом, папа всегда благодарил Гайдая — говорил, что работать с ним было очень легко.


C Эдитой Пьехой, «Неисправимый лгун», 1973 год

— Тем, что Георгий Михайлович всегда выглядел значительно моложе своих лет, он обязан занятиям йогой?
— У него была собственная система владения собой, своим телом. Папа ведь ровесник революции, он появился на свет в 1917 году, его детские годы пришлись на гражданскую войну, разруху. Его мама, моя бабушка, воспитывала двух сыновей одна, они голодали. У отца было очень слабое здоровье, поэтому при первой же возможности она устроила его в так называемую Лесную школу, где детей и лечили, и учили. А при этой школе действовал самодеятельный театр, где преподавали старые актеры. Одной из дисциплин были дыхательные упражнения по системе йогов. Папа настолько увлекся ею, что потом всю жизнь серьезно и глубоко занимался физиологией человека, изучал всевозможные практики, позволявшие владеть собой.


Всю жизнь Георгий Михайлович жонглировал возрастом. В 48 лет прекрасно исполнил роль 20-летнего Михайлы Дмитриевича в фильме «Женитьба Бальзаминова». С Жанной Прохоренко и Людмилой Гурченко, 1964 год

Во всем, что касается здоровья человека и, главное, духовного отношения к своему внутреннему миру, он разбирался очень хорошо. Мог, например, восстановить силы за пять минут — просто засыпал и просыпался совершенно отдохнувшим. Мог замедлить пульс чуть ли не до 20 ударов — я сама это не раз проверяла.
Папа считал, что такие умения в его профессии просто необходимы, и часто делился своими знаниями с молодыми актерами. Еще он знал какие-то упражнения и приемы, позволяющие за короткое время омолодиться, — у него всегда спрашивали совета актрисы, с которыми он работал.
— Правда, что ваш отец коллекционировал афоризмы?
— Он был неисправимым книголюбом и собирал библиотеку, наверное, там были и сборники афоризмов, но больше, конечно, он сам их сочинял. А как смешно показывал в лицах! Меня этот фонтан юмора иногда даже подавлял. Я понимала, что сама так не смогу никогда, поэтому и не рассказывала в его присутствии анекдотов — мои потуги на актерство казались мне смешными и беспомощными.
Отец был творческим человеком абсолютно во всем.
Например, заявление об уходе из театра (папа, если его совсем уж доводили, мог проявить крутой нрав) он написал как юмористический рассказ в стиле своего любимого Зощенко — получилось настоящее произведение искусства, у меня сохранились черновики. Оно настолько комично и одновременно грустно, что над ним можно просто рыдать. Но главное — текст был неофициальным: отец терпеть не мог шаблоны и стандарты.
— А что Георгий Михайлович читал?


С Савелием Крамаровым в «Джентльменах удачи», 1971 год

— Увлекался философией, любил классику, особенно Толстого, обожал письма и дневники великих людей. Я уже лет пять,наверное, пытаюсь привести в порядок его библиотеку, но это очень непростое дело — во-первых, сами по себе тома очень тяжелые, а во-вторых, трудно решить, что именно оставить, а что — отдать. Да и вообще книги очень сложно разбирать: каждую из них раскрываешь, начинаешь читать, увлекаешься...
— Как он умудрялся приобретать их во времена тотального дефицита?
— У него был своеобразный ритуал: каждый день он должен был пройтись по книжным магазинам, везде у него были знакомые продавцы, оставлявшие ему все, что он просил, а сверх того — еще и новинки. Если отца не было дома, я всегда знала, где его найти, — в одном из крупных книжных магазинов: либо на улице Горького, либо на Калининском проспекте.
Учитывая этот его интерес, папу избрали членом Общества книголюбов. От покупки книг он удержаться не мог, его ограничивали только размеры нашей квартиры, которая была буквально забита томами. Из-за этого буквально выли не только мы с мамой, но и наша собака — у нее в прихожей был только узкий проход, где ей было не развернуться. Наверное, поэтому псина начала понемногу подгрызать книги, лежавшие внизу.


С Сергеем Филипповым и Арчилом Гомиашвили в картине Леонида Гайдая «12 стульев» (1971 год) — монтер Мечников, «человек, измученный нарзаном»

Но папа все равно почти каждый день приносил домой все новые и новые фолианты. Донести все, что купил, за один раз было тяжело, и он оставлял их где-нибудь по дороге — например, в продовольственном магазине на кассе. Когда отец в очередной раз вваливался в квартиру с полным портфелем и пакетом, мы с мамой с ужасом спрашивали: «Ты не надорвался?». Он виновато отвечал: «Это еще не все, выйду ненадолго за остальным». Время от времени мамино терпение лопалось, она начинала ругаться, и папа клятвенно заверял: «Сейчас начну выбрасывать ненужные!». Но так ни разу ни одной и не выбросил, теперь это придется делать мне.
— О любви Георгия Михайловича к животным ходят легенды. Директор Музея трех актеров Владимир Цукерман рассказывает, что он каждый день выходил во двор с несколькими пакетами пшена, которое скармливал голубям.
— Когда я покупала ему одежду, он первым делом смотрел на карманы и говорил: «Нет, это мне не подходит, здесь маленькие. Почему не делают большие, чтобы влезал пакет с крупой?». И я старалась выбирать вещи с огромными карманами, а если не удавалось найти ничего подходящего, пришивала их сама. Вы не представляете, насколько уникальным было его общение с птицами, которые всегда — в любую погоду! — ждали его прихода.


Юрий Никулин, Георгий Вицин и Евгений Моргунов на съемках «Кавказской пленницы», справа сидит — режиссер Леонид Гайдай, 1966 год

Когда папа заболевал или был занят на концерте, просил меня пойти покормить пернатых. Как будто оправдываясь, говорил: «Наверное, это была глупая затея — начать их кормить, но если уж принялся, нельзя бросить. Они голодны и будут ждать». И я шла.
Поначалу мне даже бывало стыдно, что занимаюсь этим, но потом общение с ними дало мне возможность правильно чувствовать окружающий мир. Иногда я даже думаю: может, это и есть самое главное в нашей жизни? Птицы меня не знали, но, увидев папину собаку, тут же начинали слетаться. Я переходила с одной улицы на другую, они парили над крышами. Я садилась на скамейку — они принимались играть с собакой. Вороны даже таскали ее за хвост.
— Невероятно!
— Возможно, кто-то подумает, что рассказываю сказки, но так оно и было. Они прилетали больные, со связанными проволокой лапками, и папа просил меня помогать ему распутывать их. Какое-то время спустя спасенные прилетали к нам вместе со своими птенцами. Они ждали папу около подъезда, некоторые подлетали к нашим окнам и заглядывали в них. Конечно, птицы быстро привыкают к тому месту, где живут, но ведь была не голубятня, а обычная городская квартира на девятом этаже. Всегда ждали отца и дворовые собаки, которых он подкармливал чем мог.


Балбес (Юрий Никулин), Бывалый (Евгений Моргунов) и Трус (Георгий Вицин) в «Самогонщиках», 1961 год.

— Сколько собак было у вас дома?
— Три — всех отец подобрал на улице. Пса Мальчика нашел зимой, в тот год она была особенно холодной, и бедняга замерзал на улице: хоть и лежал на том месте, где проходят трубы теплоцентрали, двигаться уже не мог.
Папа притащил его домой на руках. Мальчик попал к нам уже взрослым псом со сформировавшимся свободолюбивым характером, поэтому обитать с ним в одной квартире было трудно, но он очень любил отца.
Потом отец еще одну собаку привел. Третью, которая до сих пор живет у меня, нашел на Калининском проспекте. Она была совсем щеночком, он наклонился, чтобы ее покормить, а она оказалась очень хитрой и, вместо того чтобы поесть, запрыгнула ему на руки. Так он с ней домой и пришел. Мама воспротивилась: «Хватит уже псов в доме!». Папа в ужасе, что придется выбросить собачонку на улицу, позвонил мне: «Срочно приходи, очень серьезное дело!»
Со мной отец всегда шутил, поэтому, когда я услышала его трагический голос, у меня чуть сердце не выскочило: бегу, а у самой перед глазами возникают картины одна страшнее другой. Забегаю в подъезд, а он со щенком сидит возле лифта: «Мама не пускает ее домой, забирай». Мне повезло, псинка оказалась самой маленькой по размеру, потому что остальные две были огромными.


«Вы не представляете, насколько уникальным было его общение с птицами, которые всегда — в любую погоду! — ждали его прихода»

Правда, со временем и их пришлось забрать — после смерти отца маме очень тяжело было за ними ухаживать. Одна умерла от старости, вторая убежала, а эта вот осталась. Она у нас — звезда экрана: когда делают телепрограмму или фильм о папе, ее обязательно снимают.
— Как Георгий Михайлович отнесся к перестройке и всему, что за ней последовало?
— Философски. Помню его слова: «Сейчас все сломают, потом еще раз построят. Снова сломают и снова построят. Ничего нового в этом мире нет».
— Много пишут, что в последние годы жизни он очень бедствовал...
— Честно говоря, публикации о том, что отец умер в нищете, меня оскорбляют. Да, у него действительно была небольшая пенсия, но в то время многие люди находились в подобном положении. Сами понимаете, когда коренным образом меняются условия жизни, первым этапом для всех становится шок. Люди пытаются понять, как жить дальше, но со временем приспосабливаются.
Молодые пережили то время гораздо легче, чем пожилые, у которых активный возраст давно прошел. Тем, кто в свое время не создал себе материальную базу, пришлось тяжело. Отец денег не накопил, это было абсолютно не в его характере. Он не стремился играть роли, за которые полагались награды и звания. Жил, как свободный художник, в материальном плане довольно безалаберно. После перестройки взамен старых мастеров тут же появились какие-то звезды, получающие совершенно заоблачные гонорары, но отец был уже очень пожилым человеком.
— Но до последних дней работал — принимал участие в сборных актерских концертах...


Своих собак Георгий Михайлович подобрал на улице и всегда, чем мог, подкармливал дворовых псов

— С одной стороны, он вынужден был это делать — концертные гонорары были неплохой прибавкой к пенсии. С другой — эти выступления помогали ему держать себя в форме. Папа любил повторять: «Ложиться нельзя, если только ляжешь — все! Надо все время шебуршиться!». И добавлял: «Меня спасают собаки — подходят утром, бьют лапой и говорят: «Давай просыпайся — мне надо в туалет!». Деваться некуда, приходится вставать».
— Из знаменитой троицы Вицин — Никулин — Моргунов Георгий Михайлович, будучи старше всех по возрасту, ушел последним. Он тяжело переживал смерть коллег?
— Конечно, у них ведь были очень теплые отношения. Первое время они часто встречались на концертах — они тогда были нарасхват, все старались их к себе заманить. Потом, когда Никулин стал руководителем и часто уезжал со своим цирком на гастроли, начали видеться реже. А вот с Моргуновым, с которым пересекались на актерских концертах, наоборот, чаще. И семьями мы больше дружили с Моргуновыми.
Ну а к тому времени, когда их не стало, ушли и почти все друзья отца — детские, юношеские. Он в этом смысле остался совсем один и, наверное, как-то научился справляться со своей скорбью.
Из-за того, что он молодо выглядел, многие события, связанные с ним, воспринимались неправильно. Например, журналисты часто пишут, что отец был нелюдимым, не любил компаний. Забывают, что речь идет о человеке преклонных лет...
У папы тоже были и веселые компании, и загулы до утра, но в другом возрасте. Многие в такие годы вообще отгораживаются от мира, закрываются в четырех стенах и не хотят ни с кем общаться. А он, — и это удивительно! — даже будучи очень пожилым, оставался публичным.
— Со временем имя Георгия Вицина все больше и больше обрастает легендами...
— Наверное, это оправдано современной жизнью, ведь они лучше воспринимаются и быстрее усваиваются. Отец был абсолютно прав, не давая интервью: миф должен оставаться мифом, не стоит его разрушать.

--------------------
Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана
Перейти в начало страницы
10 страниц 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Далее
Быстрый ответ Ответить

1 чел. читают эту тему (гостей: 1)
Пользователей: 0

 Информация
Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять ответы в данном форуме.


  Сейчас: 21 сентября 2019 22:47